Григорян: Полвека в Эстонии. Часть 36

Часть 35

Объединённый пленум работников творческих союзов, прошедший в Таллинне с 1 по 2 апреля 1988 года, стал знаковым событием для республики. Для проведения собрания был выделен зал дворца Тоомпеа на Вышгороде.

На пленуме были сделаны резкие критические замечания по поводу положения эстонского языка, культуры, государственного устройства и общественной жизни. Представители эстонской творческой интеллигенции впервые за весь период нахождения Эстонии под советской властью выступили с открытой критикой.

Основные критические замечания, высказанные на пленуме, можно резюмировать следующим образом:

• Игнар Фьюк, председатель совета по культуре творческих союзов Эстонии, выразил сомнение в том, что при существующей национальной политике эстонцы смогут сохранить свою идентичность как нация.

• Клара Халлик (в девичестве Пантелеева), заведующая кафедрой научного коммунизма, раскритиковала командно-административную систему управления, отметив, что она уничтожила «ленинский принцип федерализма».

• Марью Лауристин, декан факультета журналистики, призвала эстонскую интеллигенцию выполнять свою миссию по пробуждению сознания народа для защиты его жизненно важных национальных интересов.

• Художник Энн Пыльдрос выступил против миграции в Эстонию, требуя реэмиграции тех, кто не имеет корней в стране, и чья культура считается низкой.

• Поэт Хандо Руннель сделал резкое заявление, отметив, что с момента вступления в СССР эстонская нация подвергалась целенаправленному давлению и уничтожению. Он призвал прекратить колониальную политику грабежа и насилия, отделить партию от государства и защитить личность.

• Р. Рауд затронул вопросы эстонского патриотизма, права народа жить на своей земле, великорусского шовинизма и других негативных аспектов.

• Поэт и писатель Яан Каплинский критиковал государственную политику, направленную на создание нового человека с минимальными потребностями в культуре, быте, этике и информации.

Много говорилось о пакте Молотова–Риббентропа и его секретных протоколах, обсуждались поиски путей дальнейшей демократизации страны, судьба эстонской нации, языка, культуры и т.д.

Выступления на Объединённом пленуме творческих союзов в Таллинне продемонстрировали голос эстонской творческой интеллигенции, который молчал на протяжении 50 лет советской власти. Эти высказывания стали проявлением глубокого недовольства существующим политическим и культурным положением, стремлением к защите национальной идентичности и культуры, а также выражением призывов к политическим переменам.

В завершение Пленум выразил недоверие лидеру Коммунистической партии Эстонии Карлу Вайно. Пленум стал важным шагом к открытой критике и возрождению национального самосознания.

13 апреля 1988 года в телепередаче ЭТВ «Mõtleme veel» («Подумаем ещё») обсуждались вопросы использования гражданской инициативы для защиты перестройки и гласности. Эдгар Сависаар предложил создать в Эстонии демократическое движение – Народный фронт Эстонии в поддержку перестройки. Идею поддержали участники передачи и вся рабочая группа этого цикла передач. Тарту на передаче представлял академик Виктор Пальм, с которым накануне мы обсуждали эту проблему. Он также говорил на эту тему с Рэмом Блюмом – специалистом по теории революций и народных фронтов в Европе.

В тот же день, 13 апреля, вечером в Таллинне, и 14 апреля 1988 года – в Тарту (в деканате факультета журналистики), возникли две соответствующие инициативные группы по созданию Народного фронта. Была составлена декларация о Народном фронте.

В состав Тартуской инициативной группы вошли: М. Лауристин, В. Пальм, А.-Э. Лукас, А. Муст, П. Вихалемм, В. Калмре, Р. Килк, Р. Ярлик, Р. Григорян и А. Кузнецов. Поскольку Р. Блюм в это время находился в командировке в Свердловске, он присоединился позже.

Таким образом, среди непосредственных инициаторов создания НФ из неэстонцев в Тарту были: Рэм Блюм, Артур Кузнецов и Рафик Григорян. Инициативные группы передали Декларацию НФ в ЦК КПЭ и в Президиум ВС ЭССР для регистрации.

Итак, идея и само название «Народный фронт в поддержку перестройки» зародились в Москве, были переданы в Эстонию через Рэма Блюма и озвучены Эдгаром Сависааром.

Сегодня некоторые представители Эстонского Конгресса (например, Пильве-Элви Куумы и другие) говорят о том, что Народный фронт «был создан либо КГБ, либо российским правительством для того, чтобы выпустить пар и успокоить людей путем смены ярлыков».

Это не отвечает действительности, является плодом личной фантазии авторов и недобросовестной пропаганды национально озабоченных сил в Эстонии.

Следует отметить, что многие статьи и комментарии профессора Рейна Руутсоо, в которых он дает исторический обзор идеологии движения Народного фронта Эстонии, также носят ограниченный, однобокий и предвзятый характер.

Историк уровня Рейна Руутсоо не должен позволять себе опускаться до уровня национально озабоченных деятелей, подменяющих научный подход «национальными нарративами», выборочно подгоняя отдельные факты под надуманные теории.

Трудно согласиться с подходом, согласно которому Конгресс Эстонии был созван из чувства исторической миссии восстановления Эстонской Республики, а Народный фронт связан лишь с определенным желанием Э. Сависаара прийти к власти.

Возможно, что у Сависаара и было такое желание, но 150 000 народофронтовцев, вышедших на Певческое поле 17 июня 1988 года, или организовавших уникальную мирную общественную акцию «Балтийский путь» 23 августа 1989 года, хотели жить в свободной и демократической стране и действовали не ради личной власти Сависаара.

Я видел, как формировался «мозговой трест» Народного фронта Эстонии, так как сам был одним из активных инициаторов его создания.

Средний возраст организаторов составлял примерно 35–40 лет — это были молодые люди в расцвете творческих сил. Их идеи находили горячую поддержку среди населения и быстро распространялись по всей Эстонии.

Однако всей этой деятельности не хватало чёткости и организованности. Требовался человек с выдающимися организаторскими способностями, и выбор пал на Эдгара Сависаара. Он обладал значительным влиянием на политическую жизнь Эстонии, но его стиль управления часто воспринимался как авторитарный, что вызывало разногласия и критику. Из-за этого его иногда называли «Эдгаром Виссарионовичем» или «Железным Эдгаром».

Сависаар был выдающимся организатором, но личность его вызывала противоречивые оценки. Он уважал умных и талантливых людей, хотя редко включал их в своё ближайшее окружение. При этом, несмотря на его презрение к подхалимам и глупцам, именно такие люди часто оказывались рядом с ним, и в итоге многие из них его предавали.

Иногда он был готов прислушиваться к компетентным советам, но не спешил их реализовывать. Со временем Сависаар дорабатывал предложения, представлял их как свои и внедрял их в жизнь.

Эдгар Сависаар не избегал конфликтов с политическими оппонентами и нередко прибегал к различным тактикам для их ослабления, что порождало напряжённость в политической среде и снижало доверие к его методам управления.

В последние годы его карьеры репутация Сависаара значительно пострадала из-за участия в ряде коррупционных скандалов. В 2015 году он был арестован по обвинениям в получении взяток, отмывании денег и злоупотреблении служебным положением. Эти события нанесли серьёзный ущерб не только его здоровью, но и подорвали его общественный авторитет и доверие к нему как к политику.

Многие аспекты биографии Эдгара Сависаара, особенно в период его работы мэром Таллинна, остались неизвестными широкой публике. Создаётся впечатление, что против него был организован заговор.

Несмотря на обвинения в коррупции, подробности расследования и сама суть обвинений во многом остались скрытыми или недостаточно освещёнными. Это добавило тени на его политическую карьеру и усиливало общественные спекуляции. Обвинения в коррупции, выдвинутые в 2015 году, включая взяточничество и отмывание денег, так и не были полностью раскрыты и разобраны в общественном пространстве, что оставило множество вопросов без ответов и до конца не прояснило его роль в этих скандалах.

Во второй половине апреля 1988 года в кабинете секретаря ЦК КПЭ по идеологии Индрека Тооме состоялась важная встреча, посвящённая вопросам создания Народного фронта Эстонии.

И. Тооме, который был секретарём всего 10 месяцев (его место позже занял социолог Микк Титма), пригласил для обсуждения несколько групп инициаторов движения НФ, и в одной из этих групп были Рэм Блюм, Евгений Голиков, Клара Халлик и я.

Целью встречи было обсуждение целей и задач Народного фронта, который в то время стремительно набирал популярность.

И. Тооме стремился глубже понять требования Народного фронта, чтобы подготовить детальный отчёт для Бюро ЦК КПЭ. Ему также предстояло ответить перед ЦК КПСС, поскольку Народный фронт представлял собой серьёзное движение, которое могло повлиять на политическую обстановку в Эстонии и Советском Союзе в целом. Подобные встречи проводились и с другими группами эстонской интеллигенции, что свидетельствовало о стремлении властей оценить влияние Народного фронта и его возможные последствия.

30 апреля 1988 года газета «Edasi» опубликовала «Декларацию НФ, принципы и цели движения». В ней впервые в СССР открыто отрицалась руководящая и направляющая роль КПСС, что вступало в противоречие со ст. 6 Конституции СССР.

Пресса, выходящая на русском языке в республике, умолчала об этом факте. Всесоюзные, центральные газеты, радио и ЦТВ в большинстве отнеслись к этому факту крайне враждебно, поскольку всякое антипартийное заявление они воспринимали как антисоветское, антигосударственное.

Идея создания Народного фронта Эстонии быстро получила широкую поддержку среди населения, и вскоре по всей республике начали формироваться группы поддержки. Влияние Народного фронта распространилось не только по Эстонии, но и по всему Советскому Союзу, вдохновив появление аналогичных движений в других республиках.

Для разъяснения целей и идей Народного фронта в Таллинне и Тарту были созданы специальные лекторские группы. Их члены выступали с лекциями по ключевым темам, связанным с движением.

В газете «Вестник Народного фронта Эстонии» (№1 от 17 июня и №2 от 21 июля 1988 года) были опубликованы имена лекторов, их место работы, должности, номера телефонов и темы выступлений (фото прилагается).

За мной были закреплены две темы: «Народный фронт и борьба со сталинизмом» и «Народный фронт и национальные отношения». Рэм Блюм отвечал за тему «Народный фронт и демократизация», Индрек Коолмейстер – «Народный фронт и политическая система», Ааду Муст – «Народный фронт и традиции самоуправления в Эстонии», Виктор Пальм – «Народный фронт и партия», Ивар Райг – «Народный фронт и хозрасчетная Эстония», а Пеэтер Вихалемм – «Программа и направления деятельности Народного фронта».

Эти лекции сыграли важную роль в распространении и укреплении идей Народного фронта среди населения и интеллектуальных кругов, усиливая влияние движения на политическую ситуацию.

13 мая 1988 года состоялся пленум Тартуского горкома КП Эстонии, на котором был обсуждён вопрос об участии коммунистов в деятельности самодеятельных движений и организаций. Этот вопрос был актуален, поскольку большинство коммунистов города с осторожностью и даже страхом относились к созданию Народного фронта, избегая открытых высказываний по этому поводу.

Однако первый секретарь Тартуского горкома КПЭ Тыну Лаак не только поддержал идею участия отдельных членов партии в таких движениях, но и призвал все партийные организации города оказывать поддержку народной инициативе.

Это было важным шагом, направленным на придание легитимности народным движениям, поскольку центральные СМИ активно критиковали деятельность неформальных объединений. Решение пленума помогло снизить напряжённость в отношениях между официальными структурами и народными инициативами, такими как Народный фронт.

Кроме того, участники пленума обратились к ЦК КП Эстонии и Верховному Совету ЭССР с предложением рассмотреть возможность использования традиционных цветов — синего, чёрного и белого — в сочетании с элементами государственной символики. Они также предложили вынести этот вопрос на общенародное обсуждение, что указывало на стремление наладить диалог между официальной властью и гражданскими движениями.

Как отметил на пленуме профессор Рэм Блюм, «мыслить свободно — это уже большое завоевание перестройки. Мы действительно дожили до такого счастливого времени».

14 мая 1988 года в Таллинне состоялась встреча членов Таллиннской и Тартуской инициативных групп содействия Народному фронту с представителями опорных групп, обществ, творческих союзов и других организаций. На встрече было подчёркнуто, что Народный фронт Эстонии фактически уже родился. За месяц было создано более 300 опорных групп, в которых собралось около 13 000 человек. Однако, как отмечалось, среди участников было очень мало представителей русскоязычного населения.

20 мая 1988 года в Тарту был образован Совет уполномоченных Народного фронта и его правление, в которое вошли такие фигуры, как А.-Э. Лукас, М. Лауристин, Р. Григорян, В. Калмре и Р. Килк.

14 июня 1988 года на Ратушной площади в Тарту состоялся митинг памяти жертв сталинских репрессий. Это был первый массовый митинг в городе, на который собрались примерно 7000 человек. На мероприятии выступили Марью Лауристин, Альберт Саунанен, Рафик Григорян и другие. Этот митинг стал значимым событием для города и продемонстрировал растущее влияние Народного фронта в общественной жизни Эстонии.

Когда я вышел на балкон и увидел огромную массу людей — по некоторым данным, до 7 тысяч человек — у меня по спине пробежал холодный пот.

Я считал себя опытным лектором, много раз выступал с лекциями, но перед таким скоплением народа это было впервые. Сразу же после первых слов часы на башне Тартуской ратуши пробили бой, и эта пауза позволила мне собраться с мыслями и приветствовать всех на эстонском и русском языках.

«Мы не можем двигаться вперёд, игнорируя прошлое, — сказал я. — Мне понятна ваша боль, ибо мой народ также стал жертвой насилия. Депортации и разрушенные семьи — это не просто ошибки. Это были осознанные преступления, направленные против народов, против всех, кто пострадал от репрессий. Мы должны признать это и найти в себе силы осудить тех, кто стоял у истоков этих трагедий».

В качестве символического жеста я предложил исключить Сталина из партии и осудить его за его преступления. «Мы должны не только осудить преступления прошлого, но и сделать всё, чтобы ничего подобного не повторилось. Историческая память должна быть живой. Это не значит, что мы должны постоянно оглядываться назад, но помнить мы обязаны».

Я чувствовал, как мои слова находят отклик в сердцах людей, как моё дыхание сливается с дыханием собравшихся. Это было мгновение полного единения с народом. Я предложил им не просто переосмыслить прошлое, но и вместе строить будущее — будущее, в котором уважение к человеческому достоинству и свободе станет главным приоритетом.

Этот шаг мог бы стать официальным осуждением репрессивной политики Сталина и признанием огромного ущерба, который его правление причинило миллионам людей. Это был бы мощный сигнал против тоталитарных практик и злоупотребления властью.

Такой жест символизировал бы решительный разрыв с негативным наследием прошлого и устремлённость к созданию более справедливого и демократического общества. Он мог бы продемонстрировать мировому сообществу, что страна осознаёт и осуждает ошибки и преступления прошлого, что неизбежно улучшило бы её международную репутацию.

О моём выступлении тартуская газета «Edasi» («Вперёд») писала, что это «было единственное выступление, доступное тем, кто не знает эстонского» (Edasi, 1988, 25 июня).

Однако, когда впоследствии был снят хроникально-документальный фильм об этом периоде, в нём упоминалось только имя Марью Лауристин. Имя Альберта Саунанена, второго секретаря горкома партии, который происходил из семьи репрессированных ингерманландцев, и моё имя были упущены. Они канули в Лету.

В июне 1988 года в Таллинне на Певческом поле регулярно собирались десятки тысяч молодых людей на так называемых «ночных певческих праздниках». Весь Таллинн был украшен сине-чёрно-белыми национальными флагами, что стало символом растущего национального самосознания и стремления к свободе. Эти события стали знаковыми в процессе возрождения эстонской идентичности и поддержали движение за независимость.

Первый секретарь ЦК КПЭ Карл Вайно был охвачен паникой и не знал, что делать. Выходец из России, он плохо владел эстонским языком, не осознавал сути происходящих перемен и был очень непопулярен в народе, поэтому 16 июня 1988 года он был заменён Вайно Вяльясом (фото прилагается).

Вайно Вяльяс – уроженец Хийумаа, выпускник Тартуского университета, с 1980 года чрезвычайный и полномочный посол СССР в Республике Венесуэла, а затем Никарагуа, кандидат исторических наук. Он был лично знаком с М. Горбачёвым. Несмотря на то что он с 1952 года состоял в КПСС, был воспринят как прогрессивный деятель, которому не чужды интересы эстонского народа.

17 июня 1988 года на Певческом поле в Таллинне НФЭ организовал свой первый крупный митинг, в котором участвовало около 150 000 человек. Благодаря этому мероприятию процесс перестройки в Эстонии вошёл в историю как «поющая революция».

Митинг на Певческом поле был посвящён поддержке делегатов компартии Эстонии на XIX Всесоюзной партконференции, от которой ожидали переломных решений по демократизации общества.

В тот же день вышел первый номер газеты «Вестник Народного фронта» на эстонском и русском языках. Впервые люди добровольно вышли на митинг вместе с партийными руководителями, такими как В. Вяльяс, И. Тооме и Э.-А. Силлари. Повсюду развевались сине-чёрно-белые флаги, символизировавшие стремление к национальному возрождению.

Через неделю сине-чёрно-белый флаг был официально провозглашён эстонским национальным флагом по решению Верховного Совета ЭССР.

На XIX партконференции были приняты три важных решения:

— Ввести в СССР президентскую форму правления.

— Созвать Съезд народных депутатов и избрать депутатов демократическим путём.

— Передать всю власть на местах от партийных органов Советам.

Таким образом, впервые сами верхи «покушались» на одну из «священных коров социализма» — её «руководящую и направляющую роль КПСС». Эти шаги свидетельствовали о начале значительных изменений в политической системе и стремлении к демократизации процессов в стране.

продолжение следует…