Эдуард Томан ставит «Скамейку» — «тёплый спектакль, который попадает прямо в сердце»

— Первый вопрос — режиссёру. Как вы оказались в проекте?

— Предложение поступило от Нины Николаевны Поповой, бессменного руководителя театра-студии «Юность». Это предложение оказалось своего рода моральной поддержкой в момент, когда мне пришлось покинуть пост директора Центра русской культуры, где многие годы работает «Юность», и после недолгих размышлений я его принял.

— Известно, что Николай Самсонов и Наталья Белугина — бывшие артисты Народного театра таллиннского Дома офицеров флота, впоследствии — театра «Юность», они возвращались на сцену, чтобы сыграть в комедийно-романтическом детективе «Поле горьких ягод», но всё же они непрофессиональные актёры. Легче или труднее работать с непрофессионалами? Не возникает ли в процессе репетиций желания самому взгромоздиться на скамейку — мол, смотрите, как надо!

— Сегодня понятия профессии достаточно размыты. Иной профессионал может сильно удивить зрителя, пришедшего на какой-нибудь антрепризный спектакль, совершенно чудовищной игрой и непомерным самолюбованием. Для многих возможность побольше заработать стала намного важней, чем служение профессии. Актёры-любители относятся к процессу с большим трепетом и результаты работы с ними часто дают больше повода для вдохновения и радости от творческого процесса. А желание взгромоздиться на скамейку и показать, как надо — это право любого режиссёра (смеётся), и я не упускаю возможности им воспользоваться.

 

— Выбор пьесы — это стечение обстоятельств? Как пришли к решению ставить именно «Скамейку»?

Наталья Белугина: Выбор «Скамейки» действительно оказался сочетанием нескольких обстоятельств. С одной стороны, мы давно искали материал, который позволил бы работать с живой, тонкой человеческой драматургией и небольшим количеством персонажей. Предложение поставить «Скамейку» родилось у нашего режиссёра Эдуарда Томана.

Николай Самсонов: У нас нет такого богатого опыта в выборе репертуара, как у Эдуарда. Когда он предложил, а мы прочитали «Скамейку», поняли — это наше!

Эдуард Томан: Я видел Наталью и Николая в спектакле «Поле горьких ягод» и, понимая их потенциал, рассматривал несколько названий. Актёрская профессия требует постоянного развития, углубления и поддержания формы. В этом смысле мне показалось, что «Скамейка» Александра Гельмана — это именно тот материал, который нужен сейчас этим актёрам.

— Чем же привлекает эта история вас и зрителей?

Наталья: «Скамейка» — история про встречу людей, которым сложно быть честными прежде всего с самими собой. В ней удивительным образом сочетаются лёгкость, ирония и глубокие переживания. Каждый зритель проходит вместе с героями маленький путь: от игры и притворства — к попытке откровенности. Это делает спектакль очень живым и эмоционально близким. «Скамейка» даёт нам возможность исследовать тонкую психологию человека — его внутренние колебания, попытки приблизиться и одновременно отдалиться, потребности в любви и в то же время страха перед этой любовью.

Это пьеса о встрече двух людей, в которой отражаются наши собственные попытки быть услышанными и понятыми. Для актёра это редкая возможность — играть не сюжет, а внутреннее движение души: паузы, взгляды, дыхание.

Николай: Это история о том, что даже два глубоко травмированных и запутавшихся человека могут на мгновение стать по-настоящему искренними. В пьесе много юмора, но это «смех сквозь слёзы». Нелепость вранья вызывает хохот, а одиночество — щемящую грусть. Каждый хоть раз в жизни врал, чтобы казаться лучше, или хотел верить в сказку, понимая, что его обманывают. Думаю, найдутся и те, кто в какие-то моменты узнают в этой истории себя или своих знакомых.

 

Эдуард: Я уверен, что всё происходящее в пьесе — вечная тема. Именно поэтому, полагаю, её так много играют разные исполнители, несмотря на то что написана она в восьмидесятых годах прошлого века — уже классика. Прекрасный материал для актёров и замечательная возможность для зрителей получить широкий спектр чувств и эмоций — смех, слёзы и радость узнавания.

 

— Смотрели ли вы эту пьесу в исполнении других театров: например, «Скамейку» недавно привозил на сцену Театра Сюдалинна Рижский русский театр. Брали ли от других что-то и насколько ваш спектакль будет «каноническим»?

Наталья: Спектакль Рижского театра я не смотрела, и это мой осознанный выбор. Тем более что у нас шла активная работа над нашим спектаклем. Я непрофессиональная актриса, и это могло мне помешать. Наш режиссёр — большой профессионал своего дела, и моя задача — доверять ему. Большая удача и счастье работать с Эдуардом Томаном. Конечно, есть много разных постановок «Скамейки». Мы сохраняем уважение к канонической драматургии, но в нашем спектакле есть собственный взгляд, собственный ритм и несколько неожиданных акцентов. Мы имеем возможность прожить эту историю по‑своему.

Николай: Пьеса была поставлена сотни раз более чем в 40 странах. Перечислять всех известных и неизвестных исполнителей можно очень долго. Первыми исполнителями в 1984 году были великие Татьяна Доронина и Олег Табаков, а ставил спектакль Олег Ефремов. Смотреть и сравнивать с собой бессмысленно, повторять тоже. Сколько прочтений пьесы, столько и версий спектакля. И мнений тоже. Зависит от того, что хочет сказать режиссёр, как эту историю увидели актёры. Даже финал — и тот каждый может понять по-своему. Мы уверены, что сможем показать своё видение легендарной пьесы. А сюрпризы…

Эдуард: А первый сюрприз — название нашего спектакля. Поскольку некоторые темы в пьесе сегодня несколько архаичны, то мы сосредоточились на самых понятных и близких в любое время темах и чувствах. В результате получился спектакль «Двое на скамейке» по мотивам пьесы А. Гельмана. В спектакле так же прозвучат песни, созвучные нашему ощущению этого материала, которые, к слову, выведут на сцену и меня в качестве певца с танцплощадки.

 

— Николай, правильно ли сказать, что спектакль «Поле горьких ягод» — это всё же отдельная, не связанная со «Скамейкой» история?

— Да, «Двое на скамейке» – это совершенно другая история, никак не связанная с «Ягодами» смыслом и сюжетом. Хотя общее тоже есть: мы репетируем в тех же помещениях, на афише те же логотипы театра «Юность» и Народного театра Дома офицеров, моей партнёршей снова является Наталья Белугина, с которой мы прекрасно понимаем друг друга в работе. И главное, «Двое на скамейке» — это следующий этап нашего развития после «Ягод». У нас есть возможность поработать с режиссёром — профессионалом высокого уровня. Мы благодарны Эдуарду за то, что согласился работать с нами и сразу договорились: никаких послаблений, как к любителям. Те же требования, которые он предъявлял к актёрам-профессионалам, он предъявляет и к нам. Трудно, но очень интересно!

— Режиссёров сравнивать, возможно, некорректно, но в чём отличие Нины Поповой и Эдуарда Томана?

С Ниной Николаевной Поповой мы знакомы, страшно сказать, с 70-х годов прошлого века. Она всегда для нас была старшим товарищем, наставником. Мы хорошо знаем друг друга. С Эдуардом мы ровесники, одинаково помним время нашей молодости, в которое была написана пьеса. Конечно, какое-то время пошло на привыкание и узнавание друг друга. И постепенно сложился коллектив единомышленников, как мне кажется. Эдуард — мужчина, это тоже отличает его от Нины Николаевны. Какие-то моменты жизни и состояния моего героя нам с ним понять проще. В этом смысле сложнее Наталье. Она одна, бедная, «мучается» с нами, двумя мужиками…. И, конечно, Эдуард — играющий тренер, сыгравший около сотни ролей и поставивший десятки спектаклей на профессиональной сцене.

 

— Волнение перед новой премьерой, наверно, неизбежно. Можно ли сравнить «мандраж» перед вашим дебютным после паузы спектаклем и нынешнее состояние — артиста, уже получившего определённую закалку?

— Есть театральная байка: когда великого Станиславского спросили, как побороть волнение перед выходом на сцену, он ответил: перед выходом на сцену надо проверить, застёгнута ли ширинка… а бороться с волнением бесполезно. А если серьёзно, волнение — это совершенно нормальное состояние, вырабатывающее адреналин. Мы знаем для кого играем, мы уверены в нашем добром зрителе. Мы это проходили в «Ягодах», когда с первого же выхода на сцену раздались аплодисменты, и всё волнение перешло в спокойствие и уверенность. Всё будет хорошо! Приходите — не пожалеете!

— По сравнению с первым спектаклем: больше или меньше времени придётся провести на сцене, в чём сложность и прелесть спектакля для вас и для публики?

«Двое на скамейке» — пьеса для двоих. В «Ягодах» нас было десять человек, было время немного передохнуть между сценами. Здесь мы вдвоем на сцене весь спектакль. Эта пьеса намного сильнее по эмоциям, драматургии, её знают, видели и любят очень многие. Есть с чем сравнивать. Сложность и прелесть в том, что за эти полтора часа спектакля мы проживаем состояния, которые проживаем в течение всей нашей жизни: это любовь и ненависть, драма, комедия и трагедия, смех и слёзы, ложь и одиночество. Для нас, актёров — это настоящее испытание: здесь невозможно спрятаться за декорации. Весь спектакль держится на химии между героями.

 

— К слову, насчёт этой самой химии: показалось, в «Ягодах» вы её нашли.

Наталья: Наш дуэт с Николаем действительно сложился очень органично. Я бы назвала его живым и честным. В «Поле горьких ягод» мы проживали историю, где партнёрское доверие было критически важным — и оно появилось почти сразу. Мы доверяем друг другу, слышим друг друга на сцене. Благодаря этому возникает та самая живая химия, которую зрители отмечают.

Но «Скамейка» — это не продолжение, а совершенно другой мир, другие характеры, другая энергетика. Тем интереснее было снова встретиться на сцене, но уже в новых обстоятельствах. Наш дуэт я оцениваю как честный и живой: мы оба работаем на внутренний импульс, на момент «здесь и сейчас». Это создаёт ту тонкую эмоциональную вибрацию, которую зритель чувствует, даже если не может объяснить словами. Это камерный, тёплый спектакль, который говорит тихо, но попадает прямо в сердце.

 

Читайте по теме:

На сцене спустя десятки лет? Всё возможно, доказывает «Поле горьких ягод» в ЦРК

«Дива» в Театре Сюдалинна: Таллинн «передаст эстафету» Франции

«Космодельфины» Светы Григорьевой в Театре Сюдалинна: интеграция в «других…