Накануне пятничной премьеры состоялся пресс-прогон постановки Cosmodolphins: было показано три фрагмента.
Первый представлял собой «дикий», практически доисторический танец, с бешеной энергетикой и искренними эмоциями.
Второй перенёс зрителя, кажется, в тот самый космос, фигурирующий в названии. Возможно, на космический корабль из «Звёздных войн» или «Стартрека»?
Третий — диалог с публикой на языке жестов.
Все показанные сценки — из действия первого: в перерыве посетителям (внимание!) предлагается угощение, и второй акт разыгрывается в другой части сцены Ring.
Пяйв: гордимся тем, что наши актрисы — в очень хорошей физической форме
«Это действительно такой первый и очень серьёзный опыт, когда мы работаем с частным танцевальным театром, — комментирует директор Театра Сюдалинна Анне-Ли Пяйв. — Необычность в том, что в спектакле заняты актрисы нашего театра. Это, конечно, очень радостно, и мы гордимся, потому что они в очень хорошей физической форме. И на выходе мы получили совершенно замечательный, потрясающий спектакль».
Пяйв признала, что из аннотации сюжет не вычитывается: «Но после прогона я скажу так: это спектакль про человечность, про наше наследие. И он очень добрый. Ты приходишь на этот спектакль, и когда он заканчивается, то не возникает желания покинуть этот зал. Очень добрая атмосфера».
Директор театра отметила, что сцена Ring как нельзя кстати подходит для Cosmodolphins: «Мы открыли её для того, чтобы на этой сцене делали свою работу молодые художники, молодые постановщики, режиссёры. Тут проводятся разные мастер-классы, лекции, очень много мероприятий, в том числе «Академия зрителей». Так как здесь проходят мероприятия в необычном формате, сюда в основном приходит молодой зритель. Конечно, есть и зрители старшего поколения, но очень сильно омолодился наш театр именно благодаря этой сцене».
Пяйв подчеркнула, что сама режиссёр Cosmodolphins говорит о том, что здесь нет возрастных планок: «Можно приходить и с детьми, и всё будет понятно, более чем понятно. Не нужно предварительно ничего читать, нужно просто прийти с хорошим настроением!»
Арон: этот спектакль никого не исключает
Продюсер Sõltumatu Tantsu Lava Трийну Арон назвала захватывающим сотрудничество с Театром Сюдалинна:
«Независимая танцевальная сцена — это такая небольшая современная танцевальная труппа, а Театр Сюдалинна — большой театр с участием государства, поэтому было очень интересно, что мы смогли работать в этом доме и двумя командами: фрилансеры‑танцоры и актёры Театра Сюдалинна, и это тоже своего рода проект нахождения сотрудничества. И сам спектакль тоже об интеграции: ищется возможность, как мы, даже имея разные представления, всё же могли бы сосуществовать в наше время, мирно и дружелюбно. Иногда интеграции боятся: это требует много общения, открытости друг к другу и компромиссов. В этом открытие как раз и заключается — быть вместе стало вызовом и для наших театров».
Арон отметила, что спектакль — это современная танцевальная постановка.
«У неё нет такого сюжета, что вот кто‑то страдает, потом что‑то происходит и в конце куда‑то приходят. Она скорее создаёт для нас состояние, показывает разные движения и визуальные образы. Она побуждает, возбуждает наше воображение, показывает, как публика может увидеть возможности быть вместе, демонстрирует приятные узоры и способы для этого. По сути, это визуальный и физический танцевальный театр. При этом визуальные и физические образы не обязательно имеют одно‑единственное значение. Каждый человек понимает их в соответствии со своим бэкграундом, и не стоит искать единственно верное понимание: может быть, я понял так, а ты — иначе».
Она ожидает, что публика будет разношёрстной: «Аудитория Независимой танцевальной сцены очень молодая, а у Театра Сюдалинна, наоборот, более взрослая публика. Мы ожидаем, что на эту постановку соберутся обе аудитории. Этот спектакль никого не исключает».
Григорьева: мне нравится оставлять зрителю пространство для интерпретации
Света Григорьева, режиссёр, хореограф и исполнитель, рассказала, что от зарождения концепции спектакля до реализации прошло как минимум полтора года:
«Мне было интересно, что именно мы можем танцевать в наше время, какие танцы и кто мог бы их исполнять. Если, например, говорить об эстонском фольклоре, то я выяснила, что эстонские традиции невероятно красочны. Если посмотреть, как люди выглядели, то узоры яркие, цветные, даже психоделические, и там концентрируется некая радость. Когда мы думаем о народной культуре Эстонии, возникает некая серьёзность, пафос, и мне показалось интересным вернуть туда радость. И вернуть эту радость не только среди эстонцев, но и привлечь в группу людей русской национальности, для которых эта культура может быть не первой, но которые при этом живут и работают здесь. И одновременно посмотреть, как в этом «супе» двигаться дальше».
Поэтому, пояснила Григорьева, в спектакле звучат разные языки: и эстонский, и русский, и также жесты: эстонский язык жестов и русский язык жестов:
«Мы хотели, чтобы всё было доступно для всех, потому что аудитория Театра Сюдалинна в основном русскоязычная, но в то же время, мне кажется, здорово, что мы используем оба языка, чтобы никто не чувствовал себя исключённым по языковому признаку».
Света сказала, если показывать спектакль отрывками, то эпизоды могут восприниматься по‑разному, но на самом деле в этой постановке для режиссёра эпизоды сходятся в одном интерпретационном поле.
«Однако мне нравится оставлять пространство для интерпретации зрителю, мне не нужно, чтобы вы обязательно понимали именно так, как как автор имел в виду, потому что искусство часто герметично, оно очень закрытое, человек приходит со своей подготовкой, своим опытом, своими вкусовыми предпочтениями», — отметила она, добавив, что в постановке используются и текст, и движение, и видео, и звук, а люди, которые приходят, могли бы быть открыты для общения с актёрами.
Название «Cosmodolphins» происходит из одной книги, которая говорит о будущем, о технологиях, о существовании в другом мире, пояснила Света Григорьева, но постановка с книгой особо не связана:
«Cosmodolphins, мне кажется, вызывает образ немного альтернативного или мистического мира, некоего магического времени, создаёт у меня, по крайней мере, картину: любопытно, это какие‑то существа с других планет, происходит ли действие вообще на земле или где мы находимся? И мне нравится эта плавучесть, что до конца не ясно, творится ли то, что на сцене, в этом мире или в другом, или же мы перемещаемся между временами, здесь и там; в этом смысле путешествие во времени — одна из тем постановки, и, возможно, Cosmodolphins отчасти на это намекает».
Зрителям и правда предлагаются еда и напитки, продолжила она, и одновременно даётся информация о том, откуда происходят те или иные блюда, как этимологически появились некоторые названия: «Такой небольшой, скажем так, учебный материал, но в то же время можно и поесть. Мы собираемся вместе, кушаем вместе, и это возвращение к более ритуальному театру, я бы сказала. Для меня довольно скучно, когда театр — это место, где публика сидит далеко от нас, а мы делаем вид, что публики нет. Здесь всё наоборот: люди приходят, мы приветствуем их, смотрим им в глаза, а не делаем вид, что не замечаем. Мы сразу показываем: мы вас видим, вы приглашены в это пространство!»
Осторожно: солома!
«NB! В постановке используется солома» — упомянуто в аннотации.
«Солома больше напоминает старую эстонскую сельскую культуру, — поясняет Григорьева, — но она представлена в ином мире. Она может действовать как отсылка на старый мир, но она также структурирует, как мне кажется, постановку как некую экосферу. Это определённое пространство, оно вроде напоминает что-то, но на 100% этим не является. У соломы есть намёки на смысл: находимся ли мы в прошлом, в будущем или где мы вообще? Почему этот пол выглядит так ярко и сверкающе? Все эти разные слои или времена снова сходятся здесь воедино».
Почему же NB!? Дело в том, добавляет режиссёр, что вся солома окрашена и переработана, и она может вызывать аллергию:
«Мне кажется, что такая забота о публике очень важна. Мы не приглашаем людей в то место, где у кого‑то может возникнуть аллергия, не предупреждая; они должны знать про солому и если что, то заранее принять какие‑то антигистаминные таблетки, например, ну или не приходить. Зрители должны быть в безопасности».
Егорушкина: «Не бойтесь, приходите!»
«Скажу честно, мне было очень интересно и очень сложно, потому что сам момент репетиции не привычен для обычного репертуарного театра, в котором я работаю. И это совсем не традиционные постановка и подход к работе. Но нам, людям творческой профессии, актёрам, всё должно быть всегда любопытно, и поэтому я с большим азартом взялась за это дело, старалась понять, что к чему происходит. В результате я очень рада, что участвую в этом проекте», — говорит актриса Театра Сюдалинна Татьяна Егорушкина.
Она отметила, что участие в Cosmodolphins требует, о чём говорила и Анне-Ли Пяйв, большой физической нагрузки, а также общения на двух языках на эстонском и на русском, но игра стоит свеч:
«Ведь главное — это знакомство с моими новыми прекрасными коллегами, танцорами и Светой».
Проводя параллели с постановкой «Не тронь» Ольги Привис, которая задействована как исполнитель и в Cosmodolphins, Татьяна сказала, что общее у двух спектаклей в том, что это не классический репертуарный спектакль, а эксперимент, попытка посмотреть на искусство по-новому, найти какие-то новые ходы, какое-то развитие
«Наверное, это их объединяет, но темы, конечно, разные. Хотя классический театр тоже бывает разный. Есть невероятно интересные, яркие режиссёры, с которыми бы я хотела поработать, а есть такие и режиссёры, и спектакли, которые мне самой не нравятся, а мне хотелось бы идти вперёд. То же самое и с экспериментальными постановками, они абсолютно разные. И мне кажется, что вот этот спектакль, который мы делаем, он мог бы быть понятным для обыкновенного зрителя. Что бы мне хотелось сказать: не бойтесь, приходите! Это современное искусство, но оно вас не должно отпугнуть. Мы создаём прекрасную, чудесную атмосферу, плюс здесь будет много сюрпризов».
Егорушкина, которая также ведёт и ребят в студии OKOLO Teatra, сообщила, что всегда делится с ними знаниями. Студийцы приходили и на первую генеральную репетицию Cosmodolphins, их впечатлили некоторые ходы и приёмы. «Молодёжь с удовольствием посмотрела», — добавила актриса.
