Таким образом, силовые ведомства получат право запрещать СМИ публиковать определённую информацию, например, сведения о дислокации подразделений Сил обороны или призывы к срыву мобилизации.
По словам члена комиссии Рийгикогу по государственной обороне Мати Райдма (Партия реформ), закон устанавливает для тех, кто ограничивает свободу прессы, чёткие рамки и надзор, которые не позволят злоупотреблять этим правом.
Однако исполнительный директор Союза медиапредприятий Эстонии Вяйно Коорберг видит в принятии закона явную угрозу свободе прессы и слова.
Райдма подчеркнул, что, согласно законопроекту, у правительства нет обязанности делегировать полномочия по введению ограничений — это лишь возможность.
«Если по действующему законодательству право ограничивать СМИ есть у министра внутренних дел и премьер-министра, то новый закон передаёт принятие таких решений в ведение всего правительства. Это означает, что решение будет принимать не отдельный министр, а оно будет приниматься в результате совместного обсуждения. Также именно правительство решает, делегировать ли в определённом объёме полномочия по установлению тех или иных ограничений», — сказал Райдма.
По его словам, следует учитывать, что разрешение кризиса во время чрезвычайного и военного положения требует оперативности. Согласно законопроекту, правительство может делегировать полномочия по введению ограничений какому-либо ведомству после того, как Рийгикогу объявит чрезвычайное или военное положение. Райдма пояснил, что правительство может делегировать право на введение ограничений тем ведомствам, которые играют центральную роль в разрешении чрезвычайной или военной ситуации. «В новом законе это право сознательно ограничено лишь четырьмя конкретными ведомствами», — добавил он.
Райдма отметил, что и по действующему Закону об услугах СМИ TTJA уже сейчас, вне чрезвычайного или военного положения, может ограничивать свободу СМИ, если распространяемый контент угрожает государственной безопасности или обороне.
Он подчеркнул, что новый закон ни в коем случае не позволит отдельным чиновникам принимать подобные решения по своему усмотрению.
«Применение ограничительных мер допускается только в случае экзистенциальной угрозы, направленной против Эстонии, и если Рийгикогу для её устранения объявил чрезвычайное или военное положение. В случае, если правительство делегировало это право, оно принадлежит руководителю уполномоченного ведомства. Руководитель ведомства имеет право назначить чиновника, который будет действовать от его имени и в пределах предоставленных ему полномочий. Орган, вводящий ограничение, должен также постоянно оценивать, является ли применение меры по-прежнему абсолютно необходимым. Если обстоятельства меняются, ведомство обязано немедленно прекратить применение меры. Для этого в законе закреплены принципы пропорциональности применения ограничительных мер», — рассказал Райдма.
По его словам, канцлер юстиции проверяет, соответствует ли объявление чрезвычайного или военного положения конституции. Под надзор канцлера юстиции подпадают также распоряжения, ограничивающие основные права и свободы людей. Во время чрезвычайного и военного положения сохраняются и все функции парламентского надзора Рийгикогу. Кроме того, акты, ограничивающие права и свободы, по-прежнему можно будет оспаривать в суде.
Райдма особо отметил, что каждое решение, ограничивающее СМИ, должно основываться на конкретной необходимости, например, если распространение информации грозит раскрытием дислокации подразделений Сил обороны. Также необходимо выбирать наименее вредоносную меру и применять ее до тех пор, пока это абсолютно необходимо.
«И во время военного, и во время чрезвычайного положения будут соблюдаться принципы свободы слова и печати, и целью ограничений не может быть подавление критических мнений или неудобных вопросов. Речь идёт прежде всего о такой информации, публикация которой может представлять непосредственную угрозу безопасности людей или нанести ущерб оборонной деятельности. В случае делегирования полномочий ведомства смогут запрещать распространение информации только в том случае, если это сопряжено с угрозой общественному порядку, государственной безопасности или военной обороне государства», — сказал Райдма.
Законопроект даёт силовым ведомствам право только запрещать публикацию информации, но право на частичное или полное приостановление деятельности изданий остается исключительно за правительством.
Райдма подчеркнул, что запрещать публикацию информации и закрывать издания можно будет во время чрезвычайного или военного положения: «В кризисной ситуации, в ситуации оборонного кризиса или в особой ситуации такие ограничения на основании нового закона вводить нельзя».
Вяйно Коорберг относится к законопроекту очень критически.
«Под вывеской обеспечения безопасности происходит тихое наступление на свободу СМИ, свободу слова и на закреплённый в Конституции принцип отсутствия цензуры. Возможно, это моё наивное предположение, но и в условиях войны Конституция должна работать», — сказал Коорберг.
По его словам, в случае с этим законопроектом конституционные права очень чётко сталкиваются с прагматическим соображением, что в военной ситуации решения нужно принимать быстро, и здесь не должно быть никаких споров или демократии.
«Если мы отходим от ценностей, для защиты которых создана Конституция, то во имя чего мы вообще сражаемся? У Сил обороны есть прагматичный принцип: всё, что нам не на пользу, должно быть запрещено. Но основой Эстонской Республики является Конституция, которая закрепляет наши свободы и ценности. Защита этих свобод и ценностей и должна быть главной целью Сил обороны», — сказал Коорберг.
Он констатировал, что Медиасоюз никоим образом не был привлечён к разработке законопроекта.
«Мы должны быть самокритичны, и, возможно, нам следовало уделить больше внимания деятельности комиссии по гособороне. Если нас не позвали в дверь, возможно, нам следовало вломиться в окно. В любом случае, я призываю Рийгикогу очень тщательно взвесить, не подрываем ли мы этим законом наши основополагающие ценности», — заявил глава Медиасоюза.
Коорберг сравнил делегирование полномочий по ограничению свободы прессы силовым ведомствам с инициативой МВД предоставить помощникам полицейских в штатском право действовать без присутствия сотрудника полиции: «Следующим шагом это может привести к легализации отрядов боевиков. В случае таких «лихих» законов всегда нужно думать о том, что будет, если закон попадет в плохие руки. Есть ли у нас конституционные и правовые механизмы, которые в таком случае восстановят справедливость?»
Он подчеркнул, что пресса должна иметь право критиковать Силы обороны даже в условиях войны, что с прагматической точки зрения военных, безусловно, неудобно. «Но тем самым мы на самом деле укрепляем доверие в обществе даже в условиях военного положения, а не подрываем его», — сказал Коорберг.
Читайте по теме:
Силовые ведомства Эстонии смогут ограничивать работу СМИ в случае войны
Эстония опустилась на 3-е место в мировом индексе свободы прессы
EKRE требует объяснений от Минкульта по поводу вмешательства государства в работу журналистов