Проходила она в тяжелейших условиях, через минные заграждения, под постоянными атаками германской авиации и торпедных катеров и обстрелами береговой артиллерии. Во время перехода погибло более 15 тыс. человек из числа военнослужащих и гражданских лиц. Фашисты не щадили даже мирных граждан, ведя прицельный огонь по судам, заполненным стариками, женщинами и детьми. Было потоплено 19 боевых кораблей и катеров, 18 транспортов и 25 вспомогательных судов. Но всё-таки большая часть — 225 единиц — смогла перебазироваться из Таллинна в Кронштадт. Удалось сохранить 153 орудия главного корабельного калибра. Вместе с уцелевшими подразделениями они были отправлены на укрепление обороны Ленинграда (сейчас – Санкт-Петербург). Этот поистине героический переход получил название «Таллиннский прорыв» (также «Таллиннский переход»).
Организовал его, вместе с подчинённым вице-адмиралом В. Ф. Трибуцем, адмирал Иван Степанович Исаков (Ованес Степанович Тер-Исаакян, 1894–1967), на тот момент — начальник Главного морского штаба Военно-морского флота. Его как специалиста высокого класса Ставка Главного командования в июне отправила в Таллинн с целью на месте разобраться со сложившейся ситуацией, организовать оборону города и островов Моонзундского архипелага и координацию действий флота и армии. Под руководством Исакова были образованы Ладожская, Чудская, Ильменская и Онежская военные флотилии, обеспечивавшие оборону Ленинграда и его северных морских границ. Для улучшения управления войсками его также назначили членом Военсовета Главного командования Северо-Западного направления и Ленинградского фронта. Ноша была тяжёлая, но адмирал справлялся.
Из его воспоминаний:
«В августе 1941 года у меня хватало работы в Смольном, где я невольно оказался своеобразным буфером между армией и флотом. Роль, говоря откровенно, не из лёгких. Когда оперативная обстановка на фронте ухудшилась до предела, моё положение осложнилось ещё больше».
Когда в сентябре обстановка под Ленинградом стала близка к критической, командующим Ленинградским фронтом Сталин назначил Георгия Жукова, тогда генерала армии. Они слаженно работали в паре с начальником ГМШ. Жуков занимался сухопутной, а Исаков — морской обороной. В послевоенное время маршал оставил о коллеге такие воспоминания:
«Глубоко убеждён, что И. С. Исаков был одним из самых сильных и талантливых военачальников Военно-морского флота Советского Союза. Под его руководством командование Балтийского флота и артиллеристы за короткий срок сформировали 6 отдельных бригад морской пехоты, передав их на усиление Ленинградского фронта. Вместе с командующим артиллерией фронта генералом В.П. Свиридовым он быстро организовал взаимодействие флота и фронта, создав мощную дальнобойную контрбатарейную группу».
Ещё одной несомненной заслугой Исакова было деятельное участие в организации знаменитой «Дороги жизни» (Военно-автомобильная дорога №101/102) — единственной транспортной магистрали, которая связывала блокадный Ленинград с «Большой землёй» и шла по Ладожскому озеру. Напомним, что она действовала с сентября 1941 по март 1943 года, и по ней в голодающий город доставлялись продукты, лекарства, боеприпасы и т. д., а оттуда вывозились истощённые люди, в первую очередь — дети, и художественные ценности. Также по дну Ладоги был проложен трубопровод, подававший в город топливо. В летнее время перевозки осуществлялись на баржах и кораблях, а в зимнее — на грузовиках, по льду толщиной более 3 метров. Только за зиму 1941–1942 годов в Ленинград доставили около 400 тыс. т грузов. Всё это происходило под постоянными обстрелами гитлеровцев, поэтому можно себе представить, каких неимоверных усилий стоило создание трассы для десятков тысяч людей разных профессий — строителей, сапёров, водолазов, регулировщиков, медиков и др., под командованием Исакова. Только за эту дорогу он достоин того, чтобы его имя навсегда было вписано в анналы истории.
Он родился в азербайджанском посёлке Аджикенд в семье обрусевшего дорожного техника Степана Исаакяна, переделавшего свою фамилию на «Исаков», и уроженки Дерпта (ныне — Тарту) Иды Лауэр. В 1913-м окончил в Тифлисе (ныне — Тбилиси) реальное училище и поступил в Санкт-Петербургский технологический институт. Но проучился там всего год. Осенью 1914-го, после начала Первой мировой, ушёл на службу в Императорский флот. Стал мичманом, участвовал в сражении при Моонзунде, а затем, в 1918-м, уже в должности старпома — в знаменитом «Ледовом походе Балтийского флота», операции по спасению кораблей Балтфлота от захвата германскими и финскими войсками и переводу их из Гельсингфорса (Хельсинки) в Кронштадт. Возможно, приобретённый там опыт он использовал спустя 20 с лишним лет в операции «Таллиннский прорыв». Ключевую роль в «Ледовом походе» сыграл ледокол «Ермак» — детище адмирала С. О. Макарова, к которому Иван Степанович, без всякого сомнения, относился с глубоким уважением. Об этом уважении свидетельствует развитие Исаковым макаровских идей в области военно-морской науки, тактики и литературы, что зафиксировано академической средой. А также следующая деталь: по воспоминаниям друзей, с детства он запомнил рисунок во французском журнале, изображавший подрыв от японской мины весной 1904 года броненосца «Петропавловск», на котором погибли С. Макаров и художник-баталист В. Верещагин. Как знать, возможно, именно этот рисунок зародил в нём желание стать военным моряком?
Потом в его биографии были командование сторожевым кораблём на Балтике, речное траление на Каспии, участие в Энзелийской операции (вывод из Ирана интернированных судов), снова служба на кораблях Балтфлота в командном составе, служба на Чёрном море и в Закавказье, морской поход в Турцию, учёба на высших курсах начальствующего состава и преподавание в Военно-морской академии, командование Балтийским флотом (с 1937), участие в советско-финской войне.
Уже после Ленинграда, в октябре 1942-го, он получил тяжёлое ранение в ногу во время Туапсинской операции, когда на Гойтхском перевале немецкий самолёт обстрелял машину с командным составом РККА. У Исакова началась гангрена, ногу пришлось ампутировать. Однако после лечения, во время которого он вёл себя очень мужественно, он вновь встал в строй. Даже Сталин относился к нему с уважением. Беспокоился о его здоровье, звонил в госпиталь, когда И. С. лечился. Известна история, как усатый вождь предложил Исакову должность начальника Главного штаба ВМФ, а тот ответил:
— Товарищ Сталин, должен вам доложить, что у меня серьёзный недостаток: ампутирована одна нога.
— У нас раньше был начальник штаба без головы. Ничего, работал. У вас только ноги нет — это не страшно, — со своим специфическим юмором ответил «Коба».
И позже отзывался о нём: «Настоящий адмирал флота товарищ Исаков. Умница, без ноги, но с головой».
Но И. С. Исаков — выдающийся флотоводец, стратег, учёный и писатель — был не только с головой, но и с сердцем. О чём свидетельствует не только «Дорога жизни», но и тот факт, что, например, после войны он материально поддерживал несправедливо уволенного из армии, оклеветанного и обнищавшего легендарного подводника Александра Маринеско…
Читайте по теме:
Игорь Круглов: «Подводник № 1» Маринеско — личный враг Гитлера, воевавший на таллиннско-финском…
Поляков: Трагическая дата (забытый переход)
Масштабнее Дюнкерка: «Покидая Таллинн. 1941» правдиво рассказывает про «ад в…