Шведское владычество над Дерптом (ныне — Тарту), длившееся более семи десятков лет (с 1629 года), завершилось в 1704 году, когда город был взят русскими войсками под руководством Петра Первого и Бориса Шереметьева. Однако основанный здесь шведами университет, явившийся одной из причин развития города в XVII веке, покинул его немного раньше.
После того как учебное заведение было в августе 1690 года вторично открыто (после бегства из города в 1656 году) уже под названием Academia Gustavo-Carolina , здесь ежегодно обучалось около сотни студентов. Шведский король только в последнее десятилетие века подарил местной библиотеке более 2700 книг, доведя её фонды до 3300 печатных изданий. Однако ливонское и эстляндское дворянство по-прежнему предпочитало посылать своих детей в немецкие университеты. Шведских и финских же студентов больше притягивали университеты в Турку и Лунде.
И хотя за последние годы XVII столетия в университет Дерпта было зачислено более 500 студентов, всё же было принято решение о том, что он покинет город и переберётся в Пярну. Случилось это в 1699 году, после того как здесь уже прошли обучение около пяти сотен студентов. Последнее торжественное собрание университетского персонала прошло 25 июля 1699 года.
Учебное заведение было переведено в прибрежный город на Балтике, где просуществовало до 1710 года, дав высшее образование ещё нескольким десяткам молодых людей. В исторических трудах упоминается, что одной из причин перевода из Дерпта явились напряжённые межнациональные отношения. Шведская профессура не могла найти общий язык со своими коллегами-немцами, которых было немало выписано из других стран. У иностранных же студентов также порой возникали конфликты как с солдатами и офицерами шведского гарнизона, так и с ремесленниками-цеховиками.
Коренные перемены в истории города случились в 1704 году, когда он стал местом боевых действий между шведским гарнизоном и войсками Петра Первого, начавшим поход на Лифляндию, чтобы обеспечить стране выход к Балтийскому морю. Русский царь лично участвовал в штурме города, имевшего стратегическое значение как из-за своего расположения, так и благодаря развитой военной инфраструктуре.
Русская армия общей численностью около 22 000 человек подошла к городу ещё в середине июня. В её составе находились как недавно созданные регулярные полки новой русской армии, так и осадная артиллерия (не менее 46 орудий). Шведский гарнизон был значительно меньше — около 5 тысяч человек. Однако он имел больше артиллерии, расположенной на стенах и бастионах Дерпта: 84 пушки и не менее 40 мортир. Именно благодаря умелому использованию крепостной артиллерии, а также хорошо укреплённым позициям защитникам города удалось продержаться достаточно долго.
13 июля (2 июля по старому стилю) 1704 года под Дерпт прибыл лично Пётр I. Он не только потребовал ускорения возведения осадных башен, но и принял решение о новом направлении главного удара. Ранее генерал-фельдмаршал Шереметев планировал атаковать город с северо-запада, где к укреплениям вело ровное поле, но находились самые мощные шведские бастионы. Царь же решил атаковать Дерпт с северо-востока. Там наступавшим приходилось пересечь болото, но стены и укрепления с этой стороны были значительно слабее.
Через неделю всё было готово к штурму. К тому времени батареи сумели артиллерийским огнём пробить проломы в стенах и разрушить одну из крепостных башен у ворот, которые назывались Русскими. Атака началась в ночь на 24 июля (13 июля по старому стилю) 1704 года. В полночь отряд из трёхсот российских гренадёров начал строить гать через болото к проломам в стенах Дерпта. В два часа ночи начался общий штурм.
Вскоре удалось выбить шведов из равелина, прикрывавшего Русские ворота. Захватив здесь 6 пушек, русские солдаты развернули их против противника и открыли беглый огонь. В итоге в город сумели прорваться именно через эти ворота. На стенах и улицах за крепостной стеной ещё несколько часов продолжались бои. Лишь к полудню, когда были захвачены уже двое ворот и Пороховая башня, а русские солдаты углубились в улицы Дерпта, шведский комендант решил капитулировать.
Шведский комендант попросил русское командование разрешить гарнизону уйти из города «с литаврами, с трубами и со всею музыкою», со всеми знамёнами, шестью пушками, всем огнестрельным оружием и месячным запасом продовольствия. Царь Пётр I повелел от имени фельдмаршала Шереметева отправить шведам не лишенный иронии ответ: «Зело удивляется господин фельдмаршал, что такие запросы чинятся от коменданта, когда уже солдаты его величества у них в воротах обретаются и которые так озлоблены, что едва уняты» (из учебника истории).
В итоге русский царь разрешил оставшимся в живых шведским военным покинуть крепость с семьями и запасом продовольствия. Офицерам же после выхода из города было возвращено их собственное оружие. За время осады и при штурме русские потери составили около 700–900 человек убитыми и умершими от ран и более 2 тысяч ранеными. Шведы же только убитыми потеряли от полутора до двух тысяч человек.
Этот успех стал важным этапом в продвижении России на балтийском направлении. Он позволил русской армии продолжить наступление на Нарву, которая была взята в августе 1704 года. Несколько лет Дерпт, именовавшийся в русских исторических документах как «праотеческий город Юрьев», являлся важной крепостью в системе российской обороны на территории Лифляндии.
Медаль, выпущенная Петром Первым в ознаменование взятия Дерпта и её описание. Источник: topwar.ru
В Дерпте после ухода основной части русских войск в 1704 году были оставлены стрелецкие полки Вестова и Полибина, а также солдатский полк Ф. Балка, который был назначен комендантом города. Судьба же большей части средневековых городских укреплений будет решена в 1708 году. Ситуация на фронтах Северной войны тогда складывалась крайне неблагоприятно для России. Армия Карла XII продвигалась вглубь территории, занятой русскими войсками, угрожая ключевым позициям в Лифляндии и Эстляндии. Дерпт же был важным стратегическим пунктом: его крепость и городская инфраструктура могли стать базой для шведских войск.
Зимой 1708 года комендант Тарту Нарышкин получил приказ вывезти всё местное население в другие губернии России (большая часть оказалась в Вологде), а город сделать максимально неудобным для обороны. При этом, чтобы враг не смог ими воспользоваться, были уничтожены многие каменные постройки и часть крепостных стен. Что касается земляных валов, то историки утверждают, что тогда были взорваны только каменные стены бастионных эскарпов.
Через год российские войска вновь вошли в Дерпт, который теперь уже не был столь мощной крепостью. Однако вывезенные в Россию жители смогли вернуться сюда лишь после эпидемии чумы, случившейся в 1710 году. Практически обезлюдевший город тогда вместе с другими землями Лифляндии и Эстляндии фактически вошёл в состав Российской империи. Однако юридически это было оформлено лишь по Ништадтскому мирному договору 1721 года.
Военные годы притормозили развитие Дерпта. Более полувека ушло на возвращение прежнего уровня. Однако уже к 1719 году в городе удалось восстановить прежнее самоуправление — магистрат. Пост бургомистра занял ранее имевший должность городского секретаря Филипп Келонер, а место ратмана (представителя города) — Эверт Иоханн Сингельманн.
Хотя формально руководящие органы по-прежнему избирались местными жителями, их состав должен был пройти утверждение российскими властями, в лице губернатора Лифляндской губернии (с 1718–1724 год — Фёдор Апраксин), а также государственной юстиц-коллегии. Плюс ко всему было установлено право магистрата привлекать на работу ранее входивших в него чиновников, возвращавшихся из эвакуации.
Правовой основой городского общества первых лет в составе Российской империи стал опиравшийся на Рижское право сборник привилегий от 1646 года. Ещё в 1704 году Пётр I согласился подтвердить городские привилегии Дерпта, но противостояние магистрата с горожанами даже к 1721 году не позволило собрать посольство в Москву. Поэтому дело затянулось до 1731 года, когда императорское подтверждение было получено уже от Анны Иоановны. Далее городские привилегии Дерпта были пролонгированы в 1742 году и Елизаветой Петровной.
Из-за уменьшения числа жителей в послевоенные годы сократилось количество ратманов, но состав магистрата в первые десятилетия в составе России был очень похож на последние шведские годы. В 1725 году из-за постепенного роста населения юстиц-коллегия увеличила число ратманов с трёх до пяти, а в 1741 году — до шести.
Все немецкие дворяне и горожане, вернувшись в Дерпт, сохранили свои права. Хотя город утратил статус действующей крепости, здесь по-прежнему было расквартировано довольно много военных — теперь российских. После 1731 года, когда он стал центром Дерптского уезда, здесь также заработали уездный земский суд, налоговое представительство, контора почтмейстера, таможня и другие государственные учреждения.
Дерптский уезд Лифляндской губернии Российской империи был преимущественно сельским её регионом. На его территории находились всего два города — Дерпт и Отепя, который тогда был очень небольшим. Остальные поселения были значительно меньше — это и посёлок у замка Нейгаузен (ныне — Vastseliina), и населённые пункты у барских поместий Ряпина, Камбья и Алатскиви.
Вплоть до начала 60-х годов XVIII столетия экономическое развитие как уезда, так и его административного центра, шло довольно медленно. Однако и тогда в Дерпте с каждым годом всё активнее работали ремесленные мастерские, развивалось сельское хозяйство на окружающих его землях и останавливались купцы, следовавшие к Балтийскому морю из других регионов Российской империи.
С приходом к власти в 1762 году Екатерины II Великой на «новые территории у Балтики» стало выделяться больше ресурсов из бюджета империи. Это позволило губерниям ранее входившим в состав Швеции — Эстляндии и Лифляндии — значительно улучшить как своё экономическое состояние, так и значимость на имперском уровне. Именно в то время вновь ускорилось развитие второго по величине города Лифляндии — Дерпта.
О том, как уездный город Дерпт изменился в годы екатерининских реформ, какие планы были составлены и использованы при его застройке, кто из известных архитекторов работал здесь, а также, как в городе, который в 1775 году пережил крупный пожар, вновь появился университет, читайте в следующей публикации.