Царьков: Западный хор дал фальшь

Из песни слов не выкинешь. Но можно выкинуть смысл.

События вокруг Венесуэлы внезапно сделали слышным то, что раньше пряталось в привычном хоре: так называемый западный мир, десятилетиями выступавший в унисон про «международное право» и «порядок, основанный на правилах», впервые за долгое время запел нестройно.

Песня — почти та же. Ноты узнаваемы. Но стройность голосов пропала, а кто-то даже задумался, надо ли эту песню вообще петь. И стал пытаться выкинуть слова из песни. Да, я в курсе, что «из песни слов не выкинешь». Вот именно — и в этом вся комедия.

Одни пишут: «событие уничтожило международное право». Другие отвечают: «ничего страшного, мы и так никогда не признавали Мадуро легитимным». Как будто формула «нелегитимен» автоматически превращается в индульгенцию на силовую операцию против суверенной страны — и, тем более, на похищение человека. Любого человека. А уж президента — тем более.

Но я предлагаю читателю сделать шаг назад и посмотреть на картину без эмоций и партийных симпатий.

Главное, что произошло, — не изменение поведения, а изменение стиля оправдания.
По сути ничего не изменилось, кроме одного: сбросили лицемерную маску.

Потому что «право сильного» не родилось вчера. Оно просто много лет ходило в приличном костюме — под табличками “гуманитарная необходимость”, “исключительный случай”, “защита демократии”, “борьба с терроризмом”, “предотвращение угрозы”. Это была витрина — аккуратная моральная декорация, позволяющая союзникам сохранять лицо, а обществу — верить, что сила действует “по правилам”.

Теперь витрину, похоже, разобрали. Не потому что наступила честность, а потому что упаковка стала слишком дорогой при нулевой отдаче: её надо долго объяснять, согласовывать и натягивать на глобус, а потом всё равно оправдываться перед теми, кто уже не верит. И когда решает сила, а не аргумент, держать “ценностную” декорацию становится просто лишним. В сухом остатке остаётся одно: надо — значит можно.

И именно отсутствие этой «упаковки» ставит Европу в неудобное положение: моральная рамка исчезла, и прямо сказать «это про демократию и всё хорошее» уже труднее — вот и получаем лепет. Не позицию, а набор рефлексов: одновременно не поссориться с силой и не признать вслух, что правила больше не работают.

Почему это важно для Эстонии?

Потому что для малых стран международное право — не абстрактная мораль и не тема для торжественных речей. Это технология выживания. Единственный язык, на котором слабый может апеллировать к чему-то, кроме милости сильного. Если этот язык превращается в декорацию, а затем декорацию просто выносят со сцены — малые страны остаются в мире, где решает не аргумент, а возможность.

Венесуэла, таким образом, важна не тем, что “впервые нарушили”. Важна тем, что впервые перестали даже стараться выглядеть правыми.
А мир без витрин удобен сильным — и очень плохо переносится теми, кто привык жить под вывеской “порядка”.

И вот это — не новость про далёкую Венесуэлу. Это новость про будущее Европы. И про безопасность маленьких стран, которые слишком долго путали лояльность с гарантией.

Мнения из рубрики «Народный трибун» могут не совпадать с позицией редакции. Tribuna.ee не несёт ответственности за достоверность изложенных в статье фактов. Если вы имеете альтернативную точку зрения, то мы будем рады её также опубликовать.