Григорян: Полвека в Эстонии. Часть 32
Автор, бывший единомышленником академика Виктора Пальма, рассказывает об идеологических спорах вокруг наследия Маркса в эпоху перестройки и о массовых просветительских лекциях в Тарту, которые стали катализатором пробуждения гражданского и национального самосознания в Эстонии.
Мы с академиком Виктором Пальмом были единомышленниками. В вопросах восприятия марксизма, в отличие от профессора Р. Блюма, мы имели несколько отличный взгляд на Карла Маркса.
Карл Маркс был учёным, внёсшим значительный вклад в экономику, социологию и философию. Он стал наиболее известен как основатель марксизма — идеологии, которая обосновывала неизбежность краха капитализма и предлагала социализм и коммунизм в качестве альтернативы. Его идеи легли в основу множества политических движений и идеологий XX века, включая коммунистические и социалистические течения.
Р. Блюм, придерживаясь марксистских идей, утверждал, что «Великая Октябрьская революция открыла дорогу человечеству в новую цивилизацию, в новый мир, в более человеческий мир». Трудно было согласиться с тем, что общество, в котором индивидуальные права и свободы часто приносились в жертву коллективным интересам, что приводило к ограничению свободы слова, репрессиям и контролю над личной жизнью граждан, является «более человечным».
Рэм Блюм признавал, что «учение Маркса» было искажено. Всё, что произошло в Советском Союзе, Блюм называл «негодной реализацией учения Маркса» и утверждал: «Концепция Сталина напоминает марксизм, как плохой манекен — живую красавицу».
Мы с Виктором Пальмом придерживались идеологии центризма и считали, что марксизм не является завершённым «учением», а представляет собой революционную «идеологию», предназначенную для пролетариата и его политической организации — Коммунистической партии.
Октябрьский переворот, захват власти большевиками и роспуск Учредительного собрания в январе 1918 года прервали эволюционный ход Февральской революции и не принесли народам долгожданной свободы и счастья. Установление диктатуры большевиков, Гражданская война и «красногвардейская атака на капитал» стали продуктами применения догматического марксизма к российской действительности. Сам Р. Блюм не был догматиком; он выступал за творческий марксизм и считал, что учение Маркса верно отражает ход истории.
Мы же считали, что никакого учения у Маркса и Ленина нет, а есть политическая идеология. Учение и идеология — это два разных подхода к пониманию и интерпретации мира, имеющие различные цели и принципы.
Учение ориентировано на познание, оно направлено на изучение и объяснение реальности на основе фактов, знаний и логических рассуждений. Оно должно базироваться на научных исследованиях, жизненной философии или практическом опыте. В то время как идеология часто служит в качестве основы для политической деятельности и организационной работы, направленной на продвижение определённых целей и идей.
Учение не может быть догматическим; оно склонно изменяться в ответ на новые открытия или знания. Если теория не соответствует новым данным, она может быть изменена или отвергнута. Учение стремится к объективности и беспристрастности, его целью является познание истины, а не пропаганда какой-либо определённой точки зрения.
Цель всякого учения — понимание мира. Основная задача учения — предоставить глубокое понимание реальности, законов природы, общества и человека. Оно должно быть гибким, чтобы адаптироваться к новым данным и открытиям, стремясь к более точному и полному объяснению окружающего мира.
В отличие от учения, идеология всегда ориентирована на пропаганду. Идеология представляет собой систему идей и взглядов, предназначенных для оправдания или продвижения определённых политических, социальных, экономических или культурных целей. Учение стремится к расширению знаний и пониманию мира, а идеология — к продвижению и сохранению определённой системы взглядов и ценностей.
Учение не может носить классовый характер, так как оно направлено на всё общество, на всех людей, независимо от их социального или классового происхождения. В отличие от этого, идеология имеет классовый характер, поскольку отражает цели, задачи и взгляды определённого социального слоя.
Идеология обычно устойчива к изменениям и часто игнорирует или отвергает факты, которые противоречат её основным положениям. Она нацелена на поддержание и укрепление существующей системы идей, что делает её менее гибкой и более склонной к сопротивлению изменениям.
Идеология всегда отражает интересы определённых групп или классов и может быть предвзята в их пользу. Она направлена на формирование взглядов и поведения людей, стремится изменить общество. В своей работе «Тезисы о Фейербахе» В. Ленин, говоря об отличительных особенностях философии К. Маркса, писал: «Философы лишь различным образом объясняли мир, но дело заключается в том, чтобы изменить его».
Таким образом, учение — это стремление к объективному знанию и глубокому пониманию реальности, ориентированное на факты и логические рассуждения. В то время как идеология представляет собой способ интерпретации и изменения реальности в интересах конкретной группы или системы ценностей, часто при этом игнорируя или отвергая факты, которые противоречат её основным положениям.
Георгий Плеханов, один из основоположников российского марксизма, выражал сомнения в возможности прямого применения марксистской идеологии к социально-экономическим условиям России. По его мнению, для социалистической революции и успешного построения социализма Россия сначала должна пройти через стадию капитализма, развить промышленность и создать сильный рабочий класс. Такой подход поставил Плеханова в оппозицию к большевикам и В. Ленину.
Г. Плеханов, будучи старшим, более опытным и авторитетным теоретиком марксизма, выступал против радикальных взглядов и активной политической деятельности В. Ленина. Говоря о книге Ленина «Государство и революция», он считал, что Ленин искажал марксистскую теорию, чтобы оправдать свои политические действия. «Ленинская трактовка марксизма — это попытка сделать из нашего учения не науку, а руководство для революционной борьбы, что в конечном итоге приводит к искажению самой сути теории», — отмечал он.
В одном из своих писем Плеханов писал: «Ленин проявляет стремление к безоговорочному лидерству, которое не имеет ничего общего с идеями социализма. Его методы и манера руководства ведут к созданию партии вождизма, а не рабочего движения… Вместо того чтобы создавать истинно демократическое социалистическое общество, большевики строят режим, который больше напоминает диктатуру, где вся власть сосредоточена в руках узкого круга людей».
Искажённое и насильственное внедрение марксистских идей в аграрное, не полностью индустриализированное общество, каким была Россия в начале XX века, породило такое уродливое явление, как сталинизм — гибрид фашизма и коммунизма. Этот режим сочетал жёсткий государственный контроль, культ личности вождя, подавление инакомыслия и массовые репрессии.
В отличие от меня, В. Пальм часто вступал в споры с Р. Блюмом по этим вопросам. Я же предпочитал не вовлекаться в полемику, считая её лишней и не приоритетной на тот момент. Перед нами стояла иная задача — найти пути и способы объединения критически мыслящих людей и единомышленников по вопросу коренной перестройки всей существующей порочной социальной системы.
Система, которая завела людей в тупик, отгородила их от цивилизованного мира железным занавесом, загнала народы в рабство, заковала свободу в кандалы, сделала насилие нормой и поработила души, сердца и умы людей, не могла быть справедливой, цивилизованной и желанной.
Так как эстоноязычные СМИ находились вне строгостей советской цензуры, в отличие от русскоязычных, научная интеллигенция, активно участвующая в деятельности «Клуба друзей перестройки», взяла на себя задачу восполнить пробелы в работе русскоязычных СМИ.
Это осуществлялось через лекционные выступления перед широкой аудиторией на заводах, в клубах, школах, семинарах, а также в различных структурах власти, включая военных, милицию, КГБ и другие.
В ходе этих мероприятий с лекциями о сущности, задачах и целях перестройки и гласности выступали такие деятели, как Рэм Блюм, Михаил Бронштейн, Евгений Голиков, Владимир Брехов, Рафик Григорян, Артур Кузнецов, Игорь Розенфельд, а также наши эстонские коллеги Юри Пыльд, Марью Лауристин, Виктор Пальм, Юри Таммару, Ааду Муст и другие.
В Тартуском университете и других местах, где проводились наши лекции, собиралось огромное количество людей. Популярность этих мероприятий была настолько велика, что даже общество «Знание», под руководством Валентины Луукас, начало организовывать платные лекции. Эти лекции проводились в различных местах, включая Тартуский клуб железнодорожников, аудитории университета, а также в помещениях школ и библиотек. Решение проводить платные лекции было принято в ответ на требования оплаты за аренду помещений, что позволяло продолжить проведение мероприятий, несмотря на возросшие затраты.
Железнодорожным клубом руководил мой ровесник Олег Курносов (фото прилагается) — впоследствии один из основателей Общества славянских культур в Тарту и Русского бала, талантливый аккордеонист и композитор, известный своими музыкальными произведениями, среди которых особенно выделяются вальсы и лирические песни. Его музыка отличается мелодичностью и эмоциональной глубиной, что привлекает широкую аудиторию. О. Курносов умело использовал аккордеон, создавая богатые и насыщенные звуки, которые придавали его композициям особый шарм и выразительность. Многие его произведения стали популярными и исполняются не только на концертных сценах, но и в домашней обстановке, что свидетельствует о его большом вкладе в развитие музыки. После восстановления независимости Олег уехал жить в Таллинн, но душой он по-прежнему остался в Тарту.
На моё удивление, мои выступления в клубе оказались значимыми и востребованными среди аудитории. Большое количество вопросов со стороны слушателей говорило о том, что темы, которые там поднимались, действительно резонировали с их интересами и тревогами. Люди хотели глубже понять происходящее вокруг них и предвидеть будущее, возможно, чтобы лучше подготовиться к нему или найти ответы на волнующие их вопросы.
К лекциям я всегда готовился тщательно, ибо уважал аудиторию. Люди ценят, когда лектор приходит на встречу хорошо подготовленным, это способствует их доверию и вызывает интерес к выступлениям. Аудитория чувствует, что вы не просто делитесь информацией, а действительно вкладываете в это свою энергию и знания, что создаёт атмосферу уважения и открытого диалога.
Профессия учёного требовала, чтобы лекции были не только информативными, но и вызывали активное обсуждение и желание разобраться в сложных и актуальных вопросах. Жителям такого города, как Тарту, где более 15% населения говорило по-русски, часто не хватало не только достоверной информации, но и простого общения на доступном им языке, чтобы понять, что происходит в Эстонии.
Люди приходили, спорили и дискутировали об актуальных вопросах истории и политики. Были такие, кто считал, что права и свободы человека — это либеральный вздор, что важно придерживаться идей коллективизма, защищать социализм и бороться против уродливого капитализма.
Вся наша лекционная работа способствовала пробуждению самосознания в обществе. Этот процесс происходил как на индивидуальном, так и на коллективном уровнях. Он часто сопровождался возрождением интереса к национальным символам, языку, искусству и обычаям, ко всему тому, что было под запретом и не позволялось знать цензурой.
На волне начавшегося пробуждения самосознания уже осенью 1987 года стали появляться различные общественные объединения. Гласность всколыхнула народы, пробудила в них чувство собственного и национального достоинства, постепенно раскрывая всю антигуманную сущность советского тоталитарного режима. В 1987 году восстановило свою деятельность «Общество охраны памятников старины Эстонии», основанное ещё в 1909 году и запрещённое за годы СССР. Оно стало заниматься не только защитой архитектурного наследия, но и популяризацией истории и культуры Эстонии.
В Таллинне и в Тарту среди национальных меньшинств, проживающих в Эстонии, появились различного рода неформальные национально-культурные объединения. Они имели одну очень важную качественную особенность, а именно, не были направлены друг против друга и все вместе действовали в поддержку эстонцев — самого крупного национального сообщества республики.
Комментарии закрыты.