Шелепов: Эдуард Толль и Земля Санникова

Когда говорят о Земле Санникова, чаще всего вспоминают роман Обручева или фильм. Но задолго до фантастики был реальный человек, который верил в неё как в научный факт. И этим человеком был Эдуард Васильевич Толль – уроженец Ревеля, выпускник Дерптского университета (Тарту), учёный, связавший свою судьбу с Арктикой.

Толль не был мечтателем-романтиком в обычном смысле. Он был геологом. Его интересовала не столько сама «таинственная земля», сколько то, что она могла объяснить:

— происхождение Новосибирских островов,

— историю оледенения Арктики,

— возможные остатки древнего материка на севере Сибири.

Сообщения Якова Санникова о «земле на горизонте» он считал не легендой, а серьёзным наблюдением. Более того, Толль был уверен: если такая суша существует, она должна быть сложена не из обычной породы, а из ископаемого льда и мерзлоты, покрытых грунтом. То есть она может быть временной. И если её не найти сейчас, завтра её может уже не быть.

Именно эта мысль подталкивала его к спешке.

В 1900 году начинается Русская полярная экспедиция. Яхта «Заря» была специально оборудована для арктических условий. Команда состояла из моряков, учёных, гидрографов, метеорологов. Это была элита тогдашней науки и флота.

Маршрут был сложным: Балтика → Северное море → Карское море → побережье Сибири → Новосибирские острова.

Экспедиция сразу столкнулась с суровой реальностью Арктики:

— тяжёлые льды,

— многократные зимовки,

— нехватка угля,

— болезни,

— полная изоляция от мира.

Толль был не просто руководителем, а фанатиком идеи. Он постоянно уходил в санные походы, исследовал острова Котельный, Фаддеевский, Новая Сибирь, искал следы той самой «земли на севере». Иногда с возвышенностей действительно было видно нечто похожее на тёмную линию горизонта. Арктические миражи легко могли создавать иллюзию гор и берегов. Но для Толля это было подтверждением.

В 1902 году ситуация стала критической: «Заря» застряла во льдах и не смогла продолжать движение к северу.

Толль понимал, что экспедиция фактически срывается. И тогда он принял роковое решение.

Вместо того чтобы вернуться на судно и ждать эвакуации, он решил идти к цели пешком.

Он с тремя спутниками – Фридрихом Зеебергом, Николаем Протодьяконовым и Василием Гороховым – отправился на остров Беннетта – самый северный из доступных тогда островов. Оттуда, как он надеялся, можно было либо увидеть Землю Санникова, либо добраться до неё по льдам.

Это был почти самоубийственный поход: сотни километров по дрейфующим льдам, минимальные запасы, полная зависимость от погоды, отсутствие связи.

Они дошли до острова Беннетта. Там Толль вёл дневник, делал научные наблюдения, описывал природу, лёд, птиц, геологию. Последние записи полны спокойствия и внутренней решимости. Он писал не как человек, ожидающий гибели, а как исследователь, продолжающий работу.

Но вернуться они уже не смогли.

Когда позже была организована спасательная экспедиция под руководством Колчака, на острове нашли остатки стоянки, дневники Толля, коллекции пород, научные записи.

Людей не нашли. Считается, что они попытались уйти на юг по льдам и погибли в океане.

Так Земля Санникова стала не просто географической загадкой, а границей между жизнью и смертью.

И в этом есть особая романтика и трагизм: человек, родившийся в мягком прибалтийском климате, в Ревеле, воспитанный в университетской атмосфере Тарту, ушёл в самую суровую точку планеты ради идеи.

Для России Толль – герой науки и Арктики.
Для Эстонии – один из самых известных людей, родившихся в Таллине, чьё имя вошло в мировую историю.
Для мира – символ эпохи, когда исследователь шёл не ради славы, а ради истины.

Он не нашёл Землю Санникова.
Но сам стал частью легенды, которая пережила и лёд, и карты, и время.

История Эдуарда Толля чем-то схожа с историей, описанной Вениамином Кавериным в художественном произведении «Два капитана», где рассказана реальная история из книги «На юг, к Земле Франца-Иосифа». Её автор — Валериан Альбанов, штурман парусно-паровой шхуны «Св. Анна», на которой отправился в экспедицию отряд под руководством Георгия Брусилова. Целью было пройти маршрутом, известным теперь как Северный морской путь. Альбанов также связан с Ревелем, где он работал и жил некоторое время. У нас в группе есть публикации об этом.