Григорян: Полвека в Эстонии. Часть 39

Лето 1988 года прошло для меня в многочисленных встречах и выступлениях как в Эстонии, так и за её пределами, в ходе жарких споров и дискуссий о сущности советской федерации, а также о целях и задачах Народного фронта. Чаще всего это были поездки по Эстонии на «Жигулях» академика Виктора Пальма вместе с ним и профессором Рэмом Блюмом. Мы выступали на заводах и фабриках, в учреждениях и министерствах, школах и вузах, в городах и районных центрах, нередко перед многочисленными собраниями, включая работников Госбанка и даже КГБ.

Машину В. Пальма узнавали даже сотрудники ГАИ. Однажды у нас лопнуло колесо, а запаски не оказалось. Никто из нас троих не умел менять резиновую камеру — тогда они ещё использовались. На помощь пришли сами гаишники и проезжавшие мимо водители.

Сегодня сложно представить автомобили с резиновыми камерами: большинство машин оснащены бескамерными шинами, и замена колеса кажется гораздо проще благодаря современным технологиям и инструкциям. Но в те времена, когда сотрудники ГАИ и другие водители останавливались помочь, такие ситуации отражали настоящий дух товарищества и взаимовыручки. Это было время, когда люди были готовы прийти на помощь без лишних слов.

По мере того как Народные фронты стали возникать и в других частях Советского Союза, я вместе с Рэмом Блюмом был назначен ответственным за поддержание связей с ними. Эти организации часто посещали Тарту и Таллинн для обмена мнениями и опытом.

Среди гостей были такие известные деятели, как Борис Кагарлицкий — один из лидеров Московского народного фронта и ключевая фигура в тогдашней демократической оппозиции в России, Владимир Чуров — депутат Ленсовета, позднее ставший председателем ЦИК России, Вячеслав Игрунов — один из руководителей Оргкомитета Московского народного фронта, и многие другие из разных республик.

Однажды в штаб Народного фронта в Тарту, располагавшийся на Ратушной площади, пришло приглашение от белорусского Народного фронта. Требовалось отправить кого-то в Минск для участия в теледискуссии на республиканском канале.

Темой обсуждения стали вопросы перестройки, демократизации, деятельность неформальных объединений, защита местных языков и многое другое. После некоторых раздумий решили отправить меня. На тот момент я ни разу не был в Белоруссии.

В Минске меня встретил известный белорусский телеведущий и политолог Анатолий Майсеня (фото прилагается). Город поразил меня своими широкими улицами, чистотой и порядком. В гостинице меня встретила супруга Анатолия, которая сопровождала меня повсюду и показывала достопримечательности города.

Поскольку передача начиналась вечером, мы долго сидели в ресторане и непринуждённо беседовали на разные темы. Моя собеседница оказалась не просто супругой Анатолия, но и умной, красивой женщиной, с которой было приятно общаться в любом обществе.

На телепередаче мне предстояло вести дискуссию с директором института философии (имя, к сожалению, не помню). Меня удивило, что, критикуя позицию Эстонии в вопросе защиты эстонского языка, он утверждал, что в Белоруссии всё хорошо и с русским языком, что белорусский язык защищать не нужно — мол, он не играет большой роли на государственном уровне и необходим разве что в сельской местности.

Ситуация, когда армянин, приехавший из Эстонии, должен объяснять белорусу, что его родной язык тоже нуждается в защите, как и эстонский в Эстонской Республике, казалась мне комичной. Я однозначно возразил, заявив, что каждый народ сам должен решать, какой язык будет государственным и требует защиты.

Мои разъяснения о том, что Народный фронт Эстонии — это общественное движение, голос народа, не имеющий ничего общего с экстремизмом, были восприняты положительно.

После передачи мы с Анатолием и его супругой долго обсуждали ситуацию в наших республиках и по всему Союзу в целом. Анатолий Майсеня оказался не только прекрасным телеведущим, но и остроумным собеседником. Когда пришло время прощаться, он неожиданно спросил: «Что тебе больше всего понравилось в Минске?» Я с улыбкой ответил: «Твоя супруга, потому что, сидя и беседуя с ней в ресторане, я ничего лучшего не увидел».

Мы договорились, что я обязательно вернусь, но, к сожалению, этому не суждено было случиться — 12 ноября 1996 года в 7 часов 30 минут по дороге с конференции в Италии Анатолий Майсеня попал в автомобильную аварию и скончался.

По официальной версии, Анатолий заснул за рулём и «не справился с управлением», что привело к аварии. Однако существует и неофициальная версия, озвученная бывшим министром внутренних дел Белоруссии Юрием Захаренко (который сам исчез при загадочных обстоятельствах три года спустя, в 1999 году). По его словам, смерть Анатолия могла быть не случайной — он утверждал, что авария могла быть организована властями, что делает гибель телеведущего возможным убийством.

В конце 1980-х годов, благодаря Народным фронтам и другим демократическим движениям, прошло множество несанкционированных митингов и демонстраций. Всё большее влияние приобретали демократически настроенные лидеры.

Подавляющее большинство участников поддерживало «демократическую оппозицию», в толпе было немало тех, кто боролся не столько против системы, сколько за её реформирование. Они стремились очистить партию от бюрократов, взяточников, карьеристов, а также от «лже-коммунистов», «лже-демократов», стукачей и доносчиков.

Центральные СМИ, подконтрольные Кремлю, газеты и журналы активно критиковали лидеров Народного фронта Эстонии, распространяя о них различные слухи и дезинформацию. Часто на помощь местным изданиям присылали партийных работников, журналистов и спецагентов с задачей поддерживать одну сторону и дискредитировать другую. Так как русскоязычное население Эстонии в большинстве своём не читало эстонские газеты или делало это редко, а доверие центральной прессе было высоким, русскоязычным местным изданиям было сложно противостоять лавине дезинформации, транслируемой через крупные центральные СМИ. Разница в тиражах и влиянии между центральными и местными газетами была значительной.

Как я уже упоминал, во второй половине 1988 года, когда начало формироваться Интердвижение (Интерфронт), сотрудники идеологического отдела ЦК КПСС и Института марксизма-ленинизма при ЦК КПСС, такие как А. Доронченков и Ю. Панков, проявили особый интерес к тартуской газете «Вперёд».

Вероятно, не без их вмешательства главный редактор газеты Вальтер Тоотс, который ранее публиковал материалы, поддерживающие Народный фронт Эстонии, резко изменил свою позицию и начал транслировать имперскую линию Кремля. Это стало особенно очевидным, когда в редакцию «Вперёд» был прикомандирован сотрудник Института марксизма-ленинизма при ЦК КПСС из Москвы — Юрий Панков.

Рэм Блюм, который помнил подобные методы ещё с 1950-х годов, захотел встретиться с Ю. Панковым. Он рассказал мне, что в те годы часто направляли сотрудников в малотиражные издания для оказания так называемой «творческой помощи». Эти люди занимались сбором компрометирующей информации о местных руководителях, творческой интеллигенции и профессорах.

Вернувшись в Москву, они составляли доклад — «справку» с анализом обстановки в регионе, который передавали в высшие партийные инстанции. Это, в свою очередь, приводило к принятию соответствующих постановлений от имени ЦК КПСС. По сути, они действовали как шпионы, используя методы спецслужб.

Опытный Рэм Блюм специально организовал встречу с Юрием Панковым у меня на квартире. В ходе длительной беседы, которая местами перерастала в оживлённый спор, стороны резко разошлись в своих взглядах на положение в Коммунистической партии Эстонии и на политическую ситуацию в республике. В какой-то момент напряжение достигло пика, и даже всегда уравновешенный и вежливый Рэм Наумович потерял терпение, заявив: «До чего же вы тупой! Сколько раз можно повторять одно и то же».

Прогнозы Рэма Блюма полностью оправдались — события развивались именно так, как он предсказывал. Спустя год, в августе 1989-го, было опубликовано развёрнутое «Заявление ЦК КПСС о положении в республиках Советской Прибалтики». Детальный анализ этого документа будет приведён далее.

24 сентября 1988 года в Таллинне собрался Форум народов Эстонии, на котором приняли участие всего три зарегистрированных на тот момент общества — Еврейское, Армянское и Шведское, остальные были представлены или инициативными группами, или просто отдельными людьми, заявившими о своём желании проявить инициативу в создании национально-культурного объединения (фото прилагается).

Идея проведения Форума народов исходила от нескольких членов Временного инициативного центра НФ Эстонии — Хаги Шейна, Рэма Блюма, Виктора Пальма и меня, которые в Народном фронте отвечали за национальный вопрос.

К сожалению, все трое уже ушли из жизни, и теперь я остался один. Сегодня большинство национально-культурных обществ (по неполным данным, их более 300) либо совсем не знают об этих событиях, либо имеют лишь поверхностное представление.

Для многих остаётся малоизвестным, почему и кем был созван Форум народов. Это важное событие зачастую используется лишь в пропагандистских целях, для демонстрации заботы Эстонского государства о национальных меньшинствах.

Форум народов Эстонии был задуман не только для того, чтобы демонстрировать культурное разнообразие республики, заниматься показухой в духе «два прихлопа, три притопа», а чтобы показать субъектность меньшинств, их неравнодушное отношение к Эстонии — к стране, которая стала их новой родиной.

Нужен был орган, который был бы выразителем интересов национальных меньшинств в республике и занимался формированием их позиции по актуальным вопросам жизни общества. Нужна была структура, которая служила бы связующим звёздным звеном между меньшинствами и властями государства и смогла бы объединить усилия национальных меньшинств в достижении политического, экономического, социального и культурного суверенитета Эстонии.

Поскольку Москва постоянно делала акцент на межэтнических разногласиях, противопоставляя народы друг другу, важно было продемонстрировать солидарность национальных меньшинств Эстонии с эстонским народом, чтобы общими усилиями, как говорил В. Пальм, «тянуть вперёд телегу, угодившую на такую ухабистую дорогу». Людей разных национальностей, живущих в Эстонии, не столько разъединяли этнические различия, сколько мировоззренческие.

Разъяснительная работа, проводимая лекторами-народофронтовцами среди русскоязычной части населения республики, была явно недостаточной. На «Жигулях» Виктора Пальма тёмно-красного цвета мы исколесили всю Эстонию, встречаясь с различными группами населения республики, раскрывая цели и задачи Народного фронта, разоблачая ложь кремлёвских пропагандистов о сугубо «националистическом» характере этого движения. Необходимо было продолжить эту кропотливую деятельность, вовлечь больше русскоязычных людей различной национальности в организационные структуры НФЭ для реализации программных положений движения.

Поскольку проведение конгресса НФЭ планировалось в начале октября, было решено организовать Форум народов раньше этого события — 24 сентября 1988 года.

Форум народов Эстонии, как и планировали, состоялся 24 сентября 1988 года в Таллинне в актовом зале Таллиннского политехнического института.

Спикерами на нём были Х. Шейн, М. Тармак, В. Дударенко и М. Тикс. С приветствием к форуму от Временного инициативного центра Народного фронта Эстонии обратился Э. Сависаар.

На форуме были представлены делегации от армянской, еврейской, литовской, латвийской, молдавской, шведской, финской, татаро-тюркской, украинской, венгерской, белорусской, русской общин Эстонии, а также зарубежной эстонской. В качестве наблюдателей были представлены представители марийцев, немцев, поляков, чувашей и венсов.

С докладами по общим вопросам межнациональных отношений выступили: Клара Халлик, Каарел Хаав, Андрес Аарма, Мати Хинт и Аксел Кирх.

Форум народов Эстонии принял «Декларацию о национальных культурных отношениях в Эстонии» и «Декларацию о культурной автономии».

Руководителем Форума народа Эстонии был избран Хаги Шейн — журналист, кинорежиссёр, сценарист, профессор, медиапедагог, член еврейской общины Эстонии и правления НФ Эстонии. К сожалению, ушёл из жизни в 2024 году (фото прилагается).

Армянская диаспора Эстонии была представлена на Форуме народов двумя представителями: от Армянского национального общества Тарту (Рафик Григорян) и от Армянского культурно-национального общества Таллинна (Артём Давидянц) (фото прилагается).

В Декларации Форума народов Эстонии от 24 сентября 1988 года «О национальных и культурных отношениях в Эстонии», выступая под лозунгом «За нашу и вашу свободу», национальные меньшинства продемонстрировали свою поддержку стремлению эстонского народа к свободе и независимости и продекларировали свою приверженность демократизации межнациональных отношений в Эстонии, что означало «защиту национальной идентификации и сдерживание процесса принудительной ассимиляции».

Второй параграф этой Декларации гласил: «Форум народов Эстонии поддерживает устремления Народного фронта к установлению гражданства и объявления эстонского языка государственным на территории Эстонской ССР с целью обеспечить свободное и суверенное развитие эстонского народа на его исконной территории. В гарантии развития эстонской нации мы видим и главную гарантию развития каждой национальной группы».

Третий параграф Декларации выделил: «Национальные группы Эстонии, не противопоставляя свои национально-культурные интересы интересам коренной нации, ставят ближайшей целью:

• ввести процесс демократизации межнациональных отношений в Эстонии в рамках политической культуры правового государства,

• не ущемляя достоинства друг друга и не декларируя превосходства культуры и силы одной нации над другой».

Прошли годы, все эти положения впоследствии, особенно после восстановления независимости Эстонской Республики, были полностью или частично проигнорированы и преданы забвению. Лозунг «За нашу и вашу свободу!» фактически трансформировался в принцип: «Мы — эстонцы, хозяева, субъекты государства, а вы, инородцы, — чужие, и ваше место либо во втором ряду, либо за пределами Эстонии. Если хотите здесь жить — ассимилируйтесь, говорите и думайте по-эстонски».

Эстонская нация, заняв господствующее положение, получила чёткие гарантии для своего развития, которые были закреплены в Преамбуле Конституции Эстонской Республики в 1992 году. К сожалению, для всех остальных национальных групп такие гарантии не были определены и, судя по всему, не предвидятся в будущем.

Решение Форума народов Эстонии и последующие действия национальных меньшинств, направленные на поддержку восстановления независимости эстонского государства, согласно воспоминаниям академиков М. Бронштейна и В. Пальма, сыграли решающую роль в диалоге с М. Горбачёвым и другими руководителями в Кремле.

В начале октября 1988 года в студенческом кафе Тартуского университета произошла моя встреча с доцентом Таллиннского педагогического института Артёмом Давидянцем, где мы обсудили вопрос о создании армянских культурных обществ в Таллинне и Тарту. Нами был подготовлен примерный устав для обоих обществ. Было решено назвать оба общества в честь Хачатура Абовяна, отдавая дань уважения человеку, стоявшему у истоков армяно-эстонских отношений. Однако впоследствии приоритеты несколько изменились, сместив акцент на этнические и территориальные факторы.

5 октября 1988 года в квартире Артавазда Месропяна была образована инициативная группа по созданию Армянского культурного общества в Тарту. В тот же день в тартуской газете «Вперёд» было опубликовано сообщение следующего содержания:

«В городе Тарту на добровольных началах организуется армянское культурно-просветительское общество им. Х. Абовяна. Общество объединяет в своих рядах лиц, независимо от национальной принадлежности, желающих приобщиться к армянскому языку, истории и культуре, а также заинтересованных в усвоении эстонского языка и духовных ценностей коренного народа республики. Желающие записаться могут обращаться по телефону 7-44-01 с 8 до 17 часов и по телефону 3-71-99 с 17 до 22 часов к А. Месропяну. Инициативная группа общества».

Официально зарегистрировать Армянское общество в Тарту в период с октября по декабрь 1988 года так и не удалось, несмотря на то что все необходимые документы уже были подготовлены. Наши планы внезапно разрушило землетрясение в Армении, произошедшее 7 декабря.

Это трагическое событие перевернуло всё — наши мысли и усилия были полностью сосредоточены на помощи пострадавшим. О том, как развивались события и как мы справлялись с этим вызовом, расскажу более подробно дальше.