Галерист Ольга Любаскина: Эстония познакомилась с американцем Горбачёвым и бурятом Дугаржаповым

Все последние дни эстонский галерист Ольга ЛЮБАСКИНА была занята, подготавливая к отправке на выставку в Грузию работы эстонских художников, а тут ещё и курсы английского языка, которые нельзя пропускать. Тем не менее в эксклюзивном интервью порталу Tribuna.ee она не отказала, рассказав, что знаменитая Третьяковка была её домом с детства, вспомнив, как писала письма Сергею Лаврову и Хиллари Клинтон, и признавшись, что многое в жизни ей удавалось благодаря счастливому стечению обстоятельств и помощи подчас совершенно незнакомых людей.

724

Ольга часто радует зрителей своими яркими вернисажами. За четверть века, что она занимается выставочной деятельностью, каталог художников, с которыми Ольга работала, украсила добрая сотня, если не больше, имён. Многие из них — её друзья. И нет, наверное, ни одного жителя эстонской столицы, кто хотя бы раз не побывал на её выставках.

— Поскольку для меня в силу специфики моих занятий английский язык особенно важен, то я записалась на курсы. Ведь нередко приходится знакомиться и общаться с людьми, живущими в разных странах, и единственным языком, кроме родного, который мы одинаково понимаем, оказывается английский.

 С собой на встречу Ольга принесла множество выставочных каталогов, на обложке каждого значится — Sed Arte Gallery. По её словам, каждую выставку она старается сопроводить таким каталогом, чтобы от выставки остался «след». Если, например, коллекционер приобретает картину художника, то нередко спрашивает и каталог выставки, на которой та экспонировалась. Он отслеживает любые материалы, рассказывающие о «жизни» приобретаемых им работ. За годы у Ольги их скопилось так много, что в квартире они занимают целую комнату.

Как бы ни был долог путь — вперёд

Город детства Ольги Любаскиной — Ярославль, где её мама работала юристом. В командировки в Москву она брала и дочь. Пока мама выполняла свои служебные обязанности, Оля находилась в Третьяковской галерее, где ходила по залам и знакомилась с картинами художников, о которых слышала на школьных уроках.

— Я помню свои детские впечатления от увиденного в Третьяковке. Кустодиев с его купчихами и котами, навевающими мысли о русских сказках, до сих пор остаётся моим любимым художником. Я увидела девушку у зеркала Серебряковой, и меня поразила смелость, с которой художница изображала женское тело. С Шагалом впервые я познакомилась тоже там.

Однажды в Артеке Ольга подружилась со сверстницей, которая, окончив школу, поступила потом в Академию художеств в Санкт-Петербурге. Там же, но в Кораблестроительном институте (ныне Морской технический университет), стала учиться и Любаскина. К занятиям девушки нередко готовились вместе, и Ольга, общаясь с подругой, открывала новые для себя имена художников и стили художественного творчества. С ней же Ольга посещала и лекции для будущих искусствоведов в Эрмитаже и Русском музее.

Подруга всё время мне говорила: «Бросай свою «корабелку», переходи к нам». Но свой институт я всё-таки закончила, а позднее, уже в Таллинне, обучаясь на искусствоведческом отделении в «Евроакадемии», приобрела и диплом магистра искусства. Моя же подруга работала потом в Москве с Церетели, устраивая различные выставки. Я часто к ней приезжала, и мы вместе  бывали на различных вернисажах, где всегда происходили интересные знакомства.

Благодаря подруге, Любаскина познакомилась и со многими художниками. И именно подруга подтолкнула её к тому, чтобы заняться организацией выставок в Эстонии. Как раз тогда в Русском театре открывалась художественная галерея, и Ольга предложила дирекции свои услуги. С тех самых пор, с середины 90-х годов, этот дом в центре эстонской столицы является для неё родным, а актёры театра стали её друзьями.

В здании Русского театра Эстонии. Фото из личного архива Ольги Любаскиной

 

Трудностей не боюсь

Указав изображённого на обложке буклета человека, собеседница назвала его имя — Юрий Горбачёв, известный русский художник, почти 30 лет живущий в Америке. И рассказала историю знакомства с ним, заставляющую поверить в то, что с людьми, со страстью отдающимися избранному делу, происходят подчас удивительные вещи.

— Однажды попав в Прагу и осматривая этот город, я оказалась у собора, в котором располагается известная галерея Миро. Надпись над входом сообщала, что в ней проходит выставка картин Шагала и Горбачёва, о котором я ничего не знала. И я зашла внутрь. В лучах солнца, проникающего сквозь окна, и без того яркие краски работ неизвестного мне художника играли и переливались. Казалось, я попала в сказку из своего детства. Так я впервые познакомилась с творчеством Юрия Горбачёва.

Юрий Горбачёв, «Боровичи с лошадьми». Фото: yurigorbachev.com

 

 Любаскиной захотелось разыскать художника, предложить ему приехать в Таллинн, устроить его выставку. Но дать адрес Горбачёва в галерее ей отказались, заявив, что «такой художник никогда не приедет в вашу маленькую страну». Прошло два года. И тут снова вмешалась судьба — волею случая Ольга Любаскина оказалась в Одессе.          

Среди сотни находящихся в местной галерее картин я в двух маленьких работах разглядела знакомый почерк. Это был Юрий Горбачёв. Хозяйка галереи сообщила, что художник 20 лет прожил в Одессе и, считая город своим и наведываясь туда, он иногда оставляет там свои работы. Она вняла моим просьбам и объяснила, как напрямую связаться с Горбачёвым. После этого меня ждала стремительная профессиональная карьера.

Горбачёв стараниями Любаскиной всё-таки приехал в Таллинн. Сначала — познакомиться и осмотреться, а спустя какое-то время Ольга Любаскина устроила здесь его выставку. И не одну, а с перерывами целых три. По её словам, общаясь с мастером, она росла в профессии. Потом были выставки в Нью-Йорке и Ереване. В Петербурге в 2010 году посмотреть работы Юрия Горбачёва пришли 50 тысяч зрителей.

Художник Юрий Горбачёв на фоне своего произведения. Фото: yurigorbachev.com

 

Я писала Сергею Лаврову, знавшего Горбачёва по Нью-Йорку, и Хиллари Клинтон. Просила их помочь в организации выставки мастера, чьё творчество принадлежит одновременно и России, и Америке. Мне помогали и другие люди с известными именами. Для галериста также важно, чтобы работы художника после выставки оставались бы в местных музеях. И, действительно, одну из картин Горбачёва приобрёл Русский музей. Позднее, в 2014 году, там же в Петербурге прошла церемония передачи в дар Государственному музею истории Санкт-Петербурга другой картины Горбачёва — «Пётр I». Всего же, благодаря мне, к двадцати музеям, имеющим в своих собраниях работы Юрия Горбачёва, добавились ещё семь.

Красота — это профессия

Выставочная деятельность Ольги Любаскиной, связанная с галерей Русского театра в Таллинне, отличалась необычайной интенсивностью. Бывали периоды, когда выставки сменяли друг друга каждые две недели. Так продолжалось долгих восемь лет, но потом в театре начался капитальный ремонт, и у Ольги возникла необходимость задуматься о новом помещении. Ювелирный центр Сергея Биндеса предложил ей свою площадку.

Покидая театр, я увезла с собой его рояль (на то время, пока в нём шёл ремонт). На новом месте недоумевали — зачем рояль на выставке? Но у меня с самого начала моей галерейной работы возникла традиция: на вернисаж я всегда приглашаю музыкантов, актёров, поэтов, которые на нём выступают, благодаря чему создаётся ощущение настоящего праздника. За эту практику меня поначалу критиковали, но прошло немного времени, и стало очевидно, что моё решение оправданно. Владелец центра даже купил новый рояль.

Как призналась собеседница, ювелирный центр Биндеса стал почти идеальной площадкой для размещения в нём выставок, на которые приходили сотни посетителей и постоянно бывала пресса. Видя такое, владелец центра даже отказался от платы за аренду, а в его помещениях установили необходимое для картин освещение. Одно из главных преимуществ нового места — надёжная охрана, ведь порой картины стоили не просто больших, а очень больших денег. Благодаря этому в центре Биндеса проходили выставки, гарантами которых выступали иностранные посольства.

— Однажды упала картина, висевшая на стене, и сразу сработала сигнализация. Через минуту вся полиция Таллинна была в доме. Мне посоветовали надёжнее крепить рамы. У Сергея Биндеса были планы помочь мне расширить мою выставочную деятельности, возможно, даже за границей, в Европе. Но вмешались обстоятельства, и ничего не получилось. Мне пришлось уйти и осваивать новое выставочное пространство — в отеле Vana Wiru в Старом городе, где тоже был рояль.

 Работая в Старом городе, Ольга продолжала сотрудничать с посольствами, в чём ей помогала и администратор отеля Циля Лауд. В Vana Wiru постоянно бывали съёмочные группы с телевидения, снимавшие передачи об искусстве, чему идеально соответствовал интерьер места. Преимуществом являлось также и то, что выставки здесь можно было посещать каждый день в течение всех 24 часов. За пять лет в отеле Vana Wiru прошло полсотни самых разных выставок.

Закономерные случайности

Одним из известных зарубежных мастеров, которого Ольга Любаскина «открыла» жителям и гостям Таллинна в последние годы, стал московский живописец, бурят по национальности, Бато Дугаржапов. Его называют «самым знаменитым современным импрессионистом», график выставок которого расписан на годы вперёд.

Бато Дугаржапов за работой. Фото: facebook.com/profile.php?id=100004950764252

 

— Его работы — это красота особого порядка. В русском искусстве Бато продолжает линию Константина Коровина. Он не любит, чтобы его работы вставляли в рамы, а у нас, наоборот, принято эстетство. Поэтому я сама, без его ведома, заказала рамы, в которые вставила его работы, предназначенные для таллиннской выставки. Приехав на её открытие, Бато признался в том, что никогда не подозревал, что его картины могут быть поданы в таком виде. Мы с ним очень подружились. Бато общался с местными художниками и давал мастер-классы желающим.

Картины Бато Дугаржапова в галерее Sed Arte. Фото из личного архива Ольги Любаскиной

 

По словам собеседницы, с Бато Дугаржаповым она познакомилась случайно, как и со многими другими живущими не в Эстонии художниками: с Мариной Принцевой из Санкт-Петербурга, чьи работы — это смесь вышивки, росписи и аппликации, с Георгием Шишкиным из Сан-Марино, мастером живописного портрета, с художниками из Беларуси.

— Дружба с последними — отдельная история в моей выставочной практике. Каждые пять лет традиционной выставкой их работ в Таллинне мы отмечаем годовщину установления дипломатических отношений между Беларусью и Эстонией. Первая такая выставка прошла в Эстонской национальной опере, а ответная — в художественной галерее Савицкого в Минске. Полгорода приехало её посмотреть, минчане были крайне заинтригованы тем, какие же такие работы привезли из Эстонии, если ради них со стен сняли картины народного художника СССР, лауреата Государственной премии СССР и Героя Беларуси Михаила Савицкого.

Два года назад эстонские художники вместе с Любаскиной отправились в белорусскую столицу на международную выставку «Арт-Минск», где, помимо Эстонии, было представлено ещё искусство Литвы. Но именно работы, привезённые Ольгой, в первую очередь подчеркнули международный статус события, потому что среди них были не только произведения эстонских художников, но и мастеров из Москвы, Санкт-Петербурга и Киева.

В Минске с ансамблем «Песняры». Фото из личного архива Ольги Любаскиной

 

Надо мной — небеса

С момента появления идеи выставки до её реализации проходит много времени — полгода, год, иногда несколько лет. Как заметила член Международной ассоциации искусствоведов Ольга Любаскина, сначала кажется, что задача невыполнима. Потом как-то сами собой возникают люди, готовые помочь, и идея приобретает конкретные очертания.

Для меня важен даже не сам вернисаж, а день перед ним, когда в галерее происходит развеска работ художника. Творческий человек — натура замкнутая, но в эти часы, находясь наедине со своими мыслями, он говорит обо всём откровенно. Я всегда жду этого момента. Ну, а когда «последний гвоздь забит», последняя картина повешена, я сажусь, смотрю на сделанное и говорю себе — ну всё, открытие можно и не проводить, выставка уже существует, в мире появилась новая выставка.

Любаскина призналась, что бывают дни, когда она принимает до десяти звонков от разных художников с предложениями открыть выставку. И если в отеле Vana Wiru возможности делать это более нет, то несколько лет назад появилась иное место, единственное в своем роде, очень импозантное и значимое, — замок Фалль в Кейла-Йоа, имение Бенкендорфов и Волконских.

Вид на замок Фалль в Кейла-Йоа. Фото: Денис Пастухов

 

Ещё один зал, где художники чувствуют себя комфортно, — галерея архитектуры и дизайна в центре Таллинна. Недавно там прошли персональные выставки известных таллиннских художников Славы Семерикова и Веры и Владислава Станишевских, которые помогала организовать Ольга Любаскина. Подходит для знакомства с творчеством и мастерская эстонского скульптора Тауно Кангро в Старом городе. Только что в ней открылась выставка работ другого таллиннского художника Владимира Бачу. С ним Ольга тоже дружит.

Юрий Горбачёв, Ольга Любаскина, Владимир Бачу, Тауно Кангро (справа налево). Фото из личного архива Ольги Любаскиной

 

— С эстонскими художниками меня многое связывает, многим из них я помогаю. Например, в начале двухтысячных помогла заявить о себе Сергею Инкатову, только приехавшему в наш город (сегодня в представлениях он уже не нуждается). Последнее время поддерживаю Ровшана Нура. Отдельная история — мои дружеские отношения с известнейшими эстонскими художниками Юри Арраком, Олавом Мараном, Малле Лейс и Николаем Кормашовым. Понимаю, что не смогу назвать здесь всех, но пусть художники знают, что я их помню, люблю и всегда готова откликнуться на предложение о сотрудничестве.        

Комментарии закрыты, но трэкбэки и Pingbacks открыты.

You're currently offline