Наследие: Лев Голуб — лев и голубь в одном лице

Одним из первых пунктов в списке достижений, как выражаются нынешние молодые, по жизни, которыми он сам гордится, доктор экономических наук, профессор Лев Гершевич ГОЛУБ называет число выпестованных им аспирантов и докторантов, ставших кандидатами и докторами наук: тринадцать человек, пишет автор портала Tribuna.ee Вячеслав Иванов.

638

А если к ним прибавить студентов, постигавших азы избранной профессии по его лекциям и учебникам, начиная с 60-х годов прошлого века (в ТПИ — Таллиннском политехническом институте, ныне TalTech) и включая первое десятилетие века двадцать первого (целый ряд частных вузов Эстонии), то вполне можно говорить о «школе Голуба». То есть в народном хозяйстве нашей республики, даже если учесть естественный отбор (отъезд в другую страну, смену профессии, болезни и другие, ещё более печальные факторы), то, как минимум, несколько десятков его учеников и учеников его учеников продолжают сегодня трудиться над приумножением успехов эстонской экономики.

Лучше гор могут быть только… люди

Мы с ним познакомились почти полвека назад, когда я начал работать в газете «Советская Эстония», где его жена Галина была старшим корреспондентом отдела науки, вузов и школ. Лёва, как к нему обращались все, кто знал эту супружескую пару, хоть и уже был к тому времени «остепенённым» (кандидатом наук и доцентом), совершенно не походил на «учёного сухаря» и «ботаника». Всегда доброжелательно настроенный, почти постоянно улыбающийся, открытый в общении, он с первых же минут знакомства безоговорочно располагал к себе собеседника, и этот его шарм уже не отпускал вас.

Я употребляю здесь глаголы в прошедшем времени просто потому, что речь идёт о том, когда и как мы познакомились. Все эти качества остаются при нём и по сей день. И напрочь отсутствует какая бы то ни было натужность, искусственность. Есть люди, которые хотят нравиться, которые любят нравиться. Ничего дурного в этом нет, но в большинстве подобных случаев такое желание проступает настолько явственно, что уже само по себе невольно вызывает настороженность, а то и прямое отторжение.

Ко Льву Голубу это не относится. Не случайно в числе его любимых писателей — авторы романов «12 стульев» и «Золотой телёнок» Илья Ильф и Евгений Петров. Кстати, ссылками на них и прямыми цитатами он любит расцвечивать (и очень, на мой взгляд, удачно) свои лекции и научные статьи.

Чем, впрочем, вызывает недовольство некоторых застёгнутых на все пуговицы коллег-начётчиков, считающих такие пассы неуместными в серьёзных научных изысканиях. Хотя, на самом деле, у знаменитых сатириков очень много и по сию пору актуальных высказываний на тему бюрократии и прочих прелестей командной экономики и управленческой практики тех лет, которые живучи и в наши дни, и цитируя их, Лев Гершевич лишь делает свои рассуждения более наглядными и убедительными.

Другой источник, дающий ему необходимый заряд бодрости и оптимизма, — это их общее с Галиной увлечение горным туризмом, по которому его жена имела звание мастера спорта, а он сам был кандидатом в мастера. При этом оба были инструкторами горного туризма и имели сертификаты по руководству сложными горными маршрутами.

Романтика дальних странствий (всё-таки в Эстонии гор не так много и они не так высоки, как хотелось бы), песни под гитару у костра, «лучше гор могут быть только горы», «если друг оказался вдруг»…

Во всём этом он не только находил красивую внешнюю сторону, но и извлекал наглядные уроки по своей профессии, суть которой где-то с середины 1960-х он для себя определил как изучение механизма принятия управленческих решений.

По его мнению, горный спорт даёт не только хорошую физическую подготовку, но и помогает на практике убедиться, насколько важны, говоря сухими научными терминами, навыки межличностной коммуникации, влияние эвристических алгоритмов на принятие решений, которые там — в горах — иногда требуется принять мгновенно и безошибочно, потому что ошибка может стоить очень дорого.

Почему верблюд не ест вату?

Им изданы двенадцать книг, по которым учились как минимум два поколения студентов, чьей специальностью стало применение математических методов в управленческой сфере экономики. Но одним из главных своих трудов он называет разработку Автоматизированной системы управления (АСУ) сложными проектами в строительстве. Эта его работа использовалась не только в Эстонии, но и в других республиках СССР при возведении крупномасштабных промышленных комплексов — таких, например, как домостроительные комбинаты и все сопутствующие инфраструктурные объекты.

Когда ему за эту работу присвоили звание «Заслуженный деятель науки Эстонской ССР», то в качестве бонуса оформили «приписку» к для многих в те годы вожделенной «четвёрке»: спецбольнице Четвёртого управления Минздрава СССР для партийной номенклатуры. По статусу предполагалось, что элитная привилегия распространяется и на членов семьи счастливчика. Но когда выяснилось, что Лев Голуб не является членом КПСС, чиновники развели руками: извините, но льгота может быть применена только к вам лично…

Лев Гершевич вообще отказался от такой высокой чести. Знакомый партийный функционер тогда сказал ему: «Ну, что ты упрямишься?! Вступил бы в партию, и дело с концом!» На что Голуб ответил: «Знаешь, почему верблюд не ест вату?» — «Ну, почему?» — «Не хочет!»…

…Круг интересов профессора Голуба не исчерпывался только этой тематикой. Одна из наиболее волнующих его проблем — механизм принятия решений. Чем он обусловлен? Какие факторы влияют при этом на человека? Почему руководитель принимает именно такое, а не какое-нибудь иное решение?

— Понимаешь, — немного горячась, объяснял он мне суть проблемы, — существует такой феномен, как выбор дамой шляпки. Идя в магазин, дама прекрасно представляет себе, какого фасона должна быть покупка, какого цвета, формы и так далее. А в конце концов приобретается шляпка, по большей части имеющая с идеалом очень мало общего. Почему? Что повлияло на принятие именно такого решения? В качестве объяснения выдвигается несокрушимый довод: «Понравилась!». Но почему? Какие факторы оказались определяющими? Вот тут и срабатывает тот самый эвристический алгоритм: вариант не идеальный, но наиболее отвечающий набору условий, не всегда поддающихся строгому анализу и прогнозированию.

И продолжает:

— То, чем мы занимались 30-40 лет назад, используя громоздкие и абсолютно неповоротливые с современной точки зрения ЭВМ, сегодняшним молодым людям покажется наивным и примитивным. Но смею уверить: эти примитивные разработки стали надёжным фундаментом для современных методов управления.

…Уже в начале новейших времён, когда в обиход только начали входить пластиковые банковские карточки, Лев Голуб написал серию статей под общим названием «Психология электронных денег».

Люди привыкли считать те деньги, которые лежали у них в кошельке. А те, что «на карточке», воспринимались как-то несерьёзно: вроде, платишь воздухом… Но в конце месяца, а то и раньше, тратя эти виртуальные денежки направо и налево, человек вдруг оказывался перед фактом: а денежки-то — тю-тю!…

Пособие Льва Голуба оказалось как нельзя более кстати, именно благодаря ему многие научились рачительно относиться к «пластиковой валюте».

…Двенадцать лет назад, на праздновании его 70-летия, друг и коллега Голуба профессор Владимир Немчинов, к сожалению, не так давно ушедший от нас, характеризуя юбиляра, высказал формулировку, которая до сих пор вызывает у меня зависть —и по форме, и по содержанию. Он сказал:

— Обратите внимание, что в имени и фамилии этого человека соединились, казалось бы, несоединимые понятия: мужество льва и кротость голубя.

Самое интересное, что в этих словах нет ни малейшей натяжки, ничего кроме правды — от первой буквы до последней…

Материал подготовлен при поддержке фонда «Русский мир»

Комментарии закрыты, но трэкбэки и Pingbacks открыты.

You're currently offline