Царьков: Государство — не слуга экономики, а её хозяин? Ответ Ренату Киммеру

В ответ на статью Рената Киммера «Капитализм с человеческим лицом — почему государство не может быть добрым арбитром» хочу высказать несогласие не столько с наблюдением автора, сколько с выводом, который из него делается.

На мой взгляд, автор верно описывает ситуацию, при которой государство де-факто начинает обслуживать интересы определённых групп и воспроизводить существующее социальное неравенство. Однако я не согласен с тем, что такое положение вещей следует воспринимать как естественное и неизбежное свойство государства в условиях капитализма. Скорее наоборот: это описание не нормы, а аномалии — особенно если речь идёт о государстве, называющем себя демократическим.

Если автор хочет сказать, что де-факто многие современные государства действительно обслуживают интересы определённых групп — капитала, бюрократии, партийных аппаратов, внешних центров влияния, — то с этим трудно спорить. В отношении некоторых государств, включая Эстонию, это вполне может быть точным описанием реальности.

Но если из этого делается вывод, что государство в принципе не может быть ничем иным, кроме обслуживающего механизма экономической системы, то здесь я категорически не согласен.

Государство возникает не как филиал капитализма, социализма или любой другой экономической модели. Государство — это форма общественного договора, при которой жители страны делегируют определённой структуре власть, задачи и ответственность для решения тех вопросов, которые отдельный человек, семья или даже локальное сообщество решить не могут.

Именно поэтому государство правильнее оценивать не только и не столько с точки зрения экономической модели, сколько с точки зрения его социальной функции. Оно должно обеспечивать безопасность, образование, медицину, инфраструктуру, справедливые правила, защиту слабых и минимальное равенство стартовых возможностей. Экономика в этой конструкции — инструмент, а не хозяин.

Более того, если речь идёт о демократическом государстве, то его основание закреплено не в рынке, а в конституционном принципе: власть исходит от народа. Конституция — это не декоративный документ для торжественных речей, а государствообразующий акт, который определяет, кому и для чего передана власть.

Поэтому когда государство начинает использовать переданные ему обществом полномочия не для выполнения общественных задач, а для создания преференций определённым группам, это не «естественная логика капитализма». Это деформация государства.

Я не боюсь слова «узурпация», потому что речь идёт именно об узурпации — не обязательно в грубом смысле захвата дворца и отмены выборов, а в более глубоком смысле: узурпации функций, ответственности и целей государства.

Формально институты могут сохраняться. Парламент может заседать, министерства могут писать стратегии, чиновники могут говорить правильные слова о равных возможностях. Но если на практике государство обслуживает не общество, а устойчивую систему групповых интересов, значит, оно исполняет переданные ему функции не в том виде и не в тех целях, в которых эти функции ему поручались.

Поэтому проблема не в том, что «государство не может быть добрым арбитром». Проблема в том, что государство вообще не должно быть добрым или злым. Оно должно быть ответственным механизмом выполнения общественно делегированных задач.

Если оно с этой ролью не справляется, это не оправдание системы. Это приговор конкретной модели государства.

Мнения из рубрики «Народный трибун» могут не совпадать с позицией редакции. Tribuna.ee не несёт ответственности за достоверность изложенных в статье фактов. Если вы имеете альтернативную точку зрения, то мы будем рады её также опубликовать.