Николай Межевич: Эстония не нужна России ни за деньги, ни бесплатно

Эстонско-российские отношения были сложными на протяжении всех лет, прошедших с момента распада Советского Союза. Сможет ли нынешняя всемирная борьба с эпидемией коронавируса как-то сблизить две страны? Об этом в интервью Tribuna.ee рассказал бывший эксперт советской, затем российской делегаций на межгосударственных переговорах с Эстонской Республикой в 1991-1997 годах, профессор кафедры европейских исследований факультета международных отношений Санкт-Петербургского государственного университета Николай МЕЖЕВИЧ.

3 736

— Николай Маратович, как вы расцениваете нынешнее состояние эстонско-российских отношений? Могут ли они измениться на фоне всемирной борьбы с коронавирусом?

— Состояние российско-эстонских отношений можно охарактеризовать как крайне печальное. Они чисто формальные. Если сравнивать их с российско-финскими отношениями (которые тоже не идеальны), то российско-эстонские гораздо хуже. И, глядя на действия эстонских политиков, я не вижу возможностей для их значительного улучшения. В этом смысле я пессимист. Возможно, некоторое потепление произойдет на фоне всемирной борьбы с коронавирусом. И это не только с Эстонией, но и всеми странами мира, с которыми у России имеются значительные политические разногласия. Но это может быть на полгода или максимум на год после окончания пандемии. Потом всё вернется к прежнему недоверию. И Эстония, к сожалению, тут не будет исключением.

— Что, на ваш взгляд, делается в сфере борьбы с коронавирусом правильно в России, а что в Эстонии? Можем ли мы чему-то друг у друга поучиться?

— И Эстония, и Россия выбрали правильную модель реагирования. Меня немного смущает шведская модель. Если раньше Швеция всегда представлялась как пример успеха, то сейчас это явно не так. Применяемые в Эстонии и России методы очень похожи. Очевидно, что власти обеих стран на первом этапе недооценили серьёзность вируса. Вспомним хотя бы ставший печально известным волейбольный матч на Сааремаа. Но теперь всё делается правильно.  Мы играем в одном поле.

— Намечавшийся на июнь визит президента Российской Федерации Владимира Путина в Тарту для участия во Всемирном конгрессе финно-угорских народов откладывается из-за переноса самого конгресса. А в принципе, что этот визит мог бы дать?

— Шансов, что президент России действительно приехал бы в Тарту, было немного, но ещё меньше шансов, что этот приезд означал бы что-то большее, чем просто формальность. К сожалению, масштаб недоверия между нашими странами слишком велик. В то же время в России даже настроенные на самые жёсткие решения люди не рассматривают Эстонию как противника. Максимум – как недружественную территорию, но угрозы со стороны неё мы не видим. Нет групп, которые были бы настроены на конфронтацию. Преобладает позиция: «Не трогайте нас, не создавайте негативного фона!» Факт независимости Эстонии общепризнан, и Эстония не нужна России ни за деньги, ни бесплатно.

— Нужно ли вообще кому-то улучшение эстонско-российских отношений? Многие эстонские политики утверждают, что было бы вполне достаточно чистой прагматики.

— Я готов согласиться с любым эстонским политиком, который считает, что в наших отношениях было бы достаточно прагматики.  Беда в том, что таких политиков в Эстонии очень мало, а некоторым из них уже «помогли» сойти с политической сцены. Я говорю об Эдгаре Сависааре, Тийте Вяхи, Райво Варе. Считать же прагматикой полный разрыв отношений или их поддержание на минимальном уровне в наше время нельзя. Невозможно отгородиться от соседа высокой стеной. И вирус это доказал. Решение любых проблем – от экологии до экономики – всегда возможно лишь совместными усилиями. При максимальной дезинтеграции Россия не пострадает. Пострадает Эстония.

— Недавнее закрытие под давлением местных властей эстонского представительства российского информационного агентства Sputnik не получило никакого ответа, кроме некоторых заявлений официальных представителей России и рассчитанных скорее на российского потребителя пиар-акций. Почему?

— Ответ был абсолютно адекватен. Ну не объявлять же из-за этого Эстонии войну! Были сделаны дипломатические заявления, к обсуждению случившегося приобщено экспертное сообщество, поставлены в известность международные организации. У нас сложилось впечатление, что некоторые эстонские политики, такие как Урмас Рейнсалу или Юри Луйк, рассчитывали получить от России гораздо более грубый ответ. А его не было. И это было правильно. На первом этапе в качестве реакции на закрытие Sputnik Эстония рассматривался вариант лишения аккредитации и высылки из Москвы корреспондентов газеты Postimees и Эстонской телерадиовещательной корпорации ERR. Потом пришли к выводу, что этого не стоит делать. Но это не значит, что действия Эстонии остались незамеченными. Все всё заметили, но нет смысла в быстрой реакции.

— Спасибо за беседу!

 

Комментарии закрыты, но трэкбэки и Pingbacks открыты.

You're currently offline