Воскресный антидепрессант Любиной: Тайны Сбербанка-2

Об указе Петра I в современных реалиях, или почему не следует принимать на работу безработных мужей подруг, пишет автор портала Tribuna.ee Татьяна ЛЮБИНА.

893

«Подчинённый перед лицом начальствующим

должен иметь вид лихой и придурковатый,

дабы разумением своим не смущать начальство».

Пётр I, указ от 9 декабря 1709 года

  

«― Номер два. Гуськов Евгений Иванович.

Все мы относимся к нему с большой симпатией.

― Как Гуськов? Почему Гуськов? Я так и знала!

Я вам не позволю издеваться над моим мужем!

― Жена Гуськова, не нервничайте! Не надо скандалить!

― Гуськов ― известный козёл отпущения в нашем институте.

Он делает открытия, а лауреатами становятся другие.

Он пишет доклад для симпозиума в Париже,

а едете туда за шмотками вы, товарищ Аникеева.

А Гуськова вместо Парижа посылают в Нижний Тагил.

Командировочные ― два шестьдесят в день.

И вообще он там радикулит заработал.

― Жена Гуськова, успокойтесь! Сядьте!

Что касается Парижа, то решение было принято в соответствующих сферах.

Во-первых, я доктор наук.

Мои труды по орнитологии переведены на французский.

― Я очень хотела, чтобы поехал Гуськов. Очень! Но…

― Насчёт шмоток… Я потратила все деньги на научные книги.

― Да? А кассетный магнитофон кто привёз?

― Вы его видели? ― Видела! ― Вы его слышали? ― Слышала! ― Вы его включали?  ―Да!

― Ну как вам не совестно!

Ну всё… Ну как ребёнок, честное слово.

Будьте любезны, передайте мне копию списка».

«Гараж» — советский комедийный фильм Эльдара Рязанова 1979 года.

 

В прошлый раз я писала о том, почему с первых дней работы в Сбербанке у меня сформировалась высоченная планка делового общения начальник-подчинённый. И как я страдала в первые годы, когда шеф ушёл, а его преемник оказался не только плохим начальником, но ещё и никудышным человеком. Позже поняла, что если бы я не побоялась отстоять право на уважение и профессиональную пригодность, то последующие годы прошли бы спокойно. Спустя лет 15 я поняла, что ни при каких обстоятельствах нельзя принимать на работу мужей подруг. Какая связь? Оказалось, что прямая.

Никогда не отказывайся от того, что заставляет тебя улыбаться. Фото из личного архива Татьяны Любиной

 

Что важнее: самоуважение или признание руководства? Да и допустимо ли тут сравнение? А что делать, если руководство заведомо не право, а признать их право на превосходство гордости и хитрости не хватает? Или не хочется? Помните указ Петра I? Сразу скажу: я считаю лояльность подчинённых по отношению к руководству одним из факторов для успешного длительного взаимно плодотворного сотрудничества. Принимай и терпи либо уходи. Кстати, описанная ситуация случилась за пару месяцев до моего ухода из Сбербанка.

Последний год работы в банке был не самым удачным. В том числе и потому, что я сама себе нашла приключения. Коллега, приятельница, единомышленница по банку с 15-летним стажем попросила. На первый взгляд, просьба подвоха не таила: «Прими, пожалуйста, на работу мужа, он грамотный риэлтор и будет тебе помогать». Я в тот момент оказалась в плачевной ситуации. Стройки и ремонты, которыми я руководила, стали ненужными, им на смену пришла распродажа недвижимости. Как можно проще: банку резко перестали быть нужны активы, которые покупались десятилетиями. Избавляться от зданий и помещений надлежало быстро, вне зависимости от удалённости, технического состояния, плесени, соседей за стенкой и прочих отягчающих. От всего этого я как человек, который приумножал эту самую недвижимость предыдущие лет 10, пребывала в шоке. Плюс старалась донести до людей, которые руководили, да и руководят в Петербурге сим странным процессом, объективные причины, почему раздать всё быстро не представляется возможным, что любви ко мне не добавляло. Тщетно. Поэтому, принимая на работу человека данной профессии, и я, и отдел были уверены, что сложные для нас вопросы с его приходом будут решаться быстрее и профессиональнее. Ан, нет.

О решении помочь я пожалела быстро. Мы много чего делали, но к «выбытию» метров процесс не приводил. Вдобавок муж подруги всё чаще отпрашивался с работы для урегулирования личных дел. Когда я поняла, что муж-сотрудник с должностными обязанностями не справляется, стало понятно, что срочно пора искать риэлтора, который закроет накопившийся круг проблем. Разумеется, увольняться товарищ отказался наотрез. И в этом плюс работы в банке для сотрудника ― легко уволить могут только за прогулы и иные нарушения трудовой дисциплины. Так мы и работали, и новоиспечённый коллега сперва имитировал некую кипучую деятельность, но, запоров всё порученное, перестал создавать видимость рабочего процесса.

Тут я поняла, что дело плохо. Иметь в отделе лоботряса само по себе гиблое дело. Да и работы было столько, что мы с коллегой не выходили из офиса раньше десяти вечера. И так каждый день. Драматизм ситуации усугубляла наглость подчинённого, который начал «забывать» отпрашиваться с работы и частенько задерживался по личным делам в течение рабочего дня. Однажды он так «забыл» написать отгулы на четыре дня между майскими праздниками.

Наглость его, однако, имела элементарное объяснение. При малейшем давлении на обнаглевшего персонажа к энергичным действиям переходила супруга последнего, отношения с которой у нас, разумеется, разладились. Её телефонные атаки на моих начальников подвергали тех в ступор. Когда истерик не хватало, и руководители начинали закипать от колоратурного сопрано в телефонной трубке, то в ход шли заявления о её предстоящем увольнении в том случае, если мы не оставим в покое её супруга. Ясное дело, дама блефовала, но звучало сие убедительно. Экс-подруга курировала хозяйственные вопросы в крупнейшем по территории охвата районе Ленинградской области, таща на хрупких плечах необъятный фонд работ. Рисковать начальники не хотели, чем дама  и пользовалась.

Офис Сбербанка, переформат 2013 года. Фото из личного архива Татьяны Любиной

 

Бредовая ситуация длилась месяца четыре: подчинённый-муж то ли по неумению, то ли из-за нежелания регулярно не выполнял порученный объем работы, жена голосила в телефон и шантажировала начальников, я злилась и одну за одной писала докладные записки, которым, разумеется, ход никто не давал. Надо сказать, что народ в нашей комнате подобрался с юмором. Многие работали в банке ни один год и насмотрелись всякого. Поэтому обострившееся противостояние коллектив сильно занимало. Как потом рассказала коллега, некоторые даже делали ставки, кто кого: оставлю я наглеца в покое или дожму, заставив уволиться.

Однажды мне несказанно повезло: я отказалась отпустить сотрудника-прогульщика по делам, припомнив неделю накопившихся прогулов. Не помог ни рассказ о судьбоносности предстоящей сделки, ни уговоры экс-подруги. Товарищ психанул и написал заявление об увольнении. Но радовалась я рано. Ибо опасающиеся женских истерик руководители тут же заявление припрятали, заодно уговорив горе-сотрудника не нервничать. Следующего подходящего случая я ждала ещё месяц. Судя по тому, что прогуливать товарищ перестал, кто-то из участников спектакля разъяснил виновнику правила увольнения. За это время в банке на смену бумажному документообороту пришёл электронный, что в конечном итоге и спасло ситуацию. При появлении в системе заявления об увольнении, оно могло быть отозвано, только если отсутствовало согласование непосредственного руководителя. То есть моё. А я, понятное дело, делать этого не собиралась.

Выражение «горбатого могила исправит», к сожалению, истинно на 100%. В нашем случае потребовался месяц, чтобы муж-сотрудник «сорвался», попытавшись отпроситься. Я вновь отказала, ибо предыдущие прогулы он так и не отработал. Заодно предупредила, что из человеколюбия готова уволить по собственному желанию, не дав ход пачке писем с описанием «подвигов» на благо банка. А дальше я наблюдала картину, которая, каюсь, доставила 10 приятных минут: муж-сотрудник на ходу осваивал азы электронного документооборота, заводя в него увольнение по собственному желанию. У меня за спиной в этот момент стояла умница коллега, готовая прийти на выручку для согласования. Свершилось! Трагифарс с увольнением настолько был на виду, что после его завершения мы всей комнатой, включая тех, кто делал ставки, пошли в кафе. Отмечать.

Вот так в очередной раз я доказала себе, что неразрешимых ситуаций нет. И получила урок: с подругами надо дружить, но не работать. Ну, а начальники ― они тоже люди.

Комментарии закрыты, но трэкбэки и Pingbacks открыты.

You're currently offline