«Рулевой» фестиваля K!nRock: Я верю — музыка в очередной раз объединит мир

2020 год — по известным причинам «потерянный год» для многих, в том числе весьма и весьма непростое время для тех, кто работает в области культуры. Предлагаем вам интервью с продюсером одного из крупнейших фестивалей Балтийского региона — K!nRock — Андреем ФЕОКТИСТОВЫМ.

730

— Когда стало окончательно ясно, что K!nRock в 2020 году провести всё-же не удастся, не возникало ли у Калининградской Рок-Ассоциации мыслей сделать онлайн-версию фестиваля? На тот момент это даже считалось модной, продвинутой темой.

— Ну, тут всё просто. Каждое действо должно иметь мотивацию и приносить какой-то результат. Ведь фестиваль — это не только люди на сцене. Это прежде всего люди на поле, это кулуары за сценой, это неповторимая атмосфера, это река, в которую никогда не получится войти дважды. Кроме того, K!nRock — международный бренд и, соответственно, площадка международного общения музыкантов, продюсеров, публики. В условиях пандемии границы оказались закрытыми — какая же тут атмосфера? Это всё равно что секс с резиновой женщиной.

И не надо забывать об экономической стороне вопроса. Поставить сцену, смонтировать и настроить звук и свет, видеоинсталляцию, организовать съёмки — это и есть то, на что фестиваль тратит львиную часть бюджета, и то, что по большей части возмещает публика, покупая сувениры, шашлыки, напитки… Вот мы и решили, что во всех смыслах правильнее будет в этой ситуации просто перенести фестиваль на следующий год, а не делать какой-то кастрированный вариант, потому что мы любим нашу публику и уважаем участников и не хотим, чтобы они оказались обманутыми.

Изображение: kinrock.ru

 

— В условиях ограничений рок-движуха у вас в Калиниградской области всё-таки на каком-то уровне держалась?

— Думаю, наш регион в этом плане мало отличался от других. Музыканты, промоутеры, все, кто связан с шоу-бизнесом, — одна из самых пострадавших от пандемии профессиональных социальных групп населения. Люди потеряли возможность зарабатывать на хлеб своим трудом, а специфика работы ведомств занятости в России такова, что если вы не потеряли работу именно из-за пандемии (под работой понимается не выступление за гонорары, а постоянная работа с ежемесячным окладом), то  ни на какое реальное пособие по безработице вы рассчитывать не можете. Это очень тяжёлая ситуация для всей нашей индустрии и в особенности удар по профессионалам.

Если какая-то движуха и сохранилась, то лишь благодаря тем, кто занимается этим по велению души, для кого музыка скорее хобби.  Так что если рок и пережил этот год, то благодаря в основном таким энтузиастам. За что честь им и хвала. Замечательный поэт Александр Блок, когда к нему приходили молодые поэты, чтобы он послушал их стихи и помог начать карьеру, спрашивал: «Вы можете не писать стихи?» Если в ответах сквозило сомнение, он резюмировал: «Так вот и не пишите. И незачем мне тогда их читать. Настоящий поэт этот тот, кто не может не писать стихов. Который пишет их не потому, что за них платят, и не потому что их издают, а потому что просто не может не писать их». Вот так же я думаю и о рок-культуре. Настоящие — это те, кто занимается музыкой потому, что просто не может жить без неё, и для таких никакая пандемия не страшна.

Летом было тем не менее небольшое потепление. Появились возможности, разбудили надежду, и, на фоне всеобщего упадка клубной индустрии, разорения и закрытия многих заведений, у нас в Калининграде даже появился новый небольшой клубик — рок-бар «100 Рентген». И то, что он маленький, может, даже и актуально, потому что ограничения, связанные с пандемией, прежде всего бьют по крупным заведениям.

— Вся эта коронавирусная катавасия попутно подняла вокруг себя столько разной грязи, мути, что уже малопонятно, сколько во всей этой ситуации правды, а сколько лжи. Твоё мнение по поводу происходящего.

— Теории заговоров? Поначалу я именно так к этому и относился и потому фестиваль отменили не сразу: мы надеялись, что к фесту всё уляжется, переносили только отборочные на более поздние сроки, но то, что это происходит во всём мире, начало настораживать. Могу точно сказать, что, безусловно, и у нас и у вас действия властей не всегда являются безукоризненными, но это скорее говорит о том, что все мы — и те, кто на палубе, и те, кто на мостике — впервые столкнулись с такой ситуацией, и никаких правил и методик на сей счёт пока не прописано. Одно ясно: эта болячка — не фейк. Лично знаю людей, которые реально переболели, и даже тех, кто не смог перенести эту напасть.

Другое дело, что непонятно, почему именно сферу культуры и общепита сделали козлами отпущения на фоне того же общественного транспорта — как-будто на концерте подхватить инфекцию шансов больше, чем в метро, трамвае или электричке. Или когда человек с симптомами «ковида» (пример с моим сыном) своими ногами должен пойти в поликлинику и отстоять там многочасовую очередь вместе с другими кашляющими людьми — разве с этим сравнится какая-то вечеринка в кафе? Важнее, как мне кажется, было сделать акцент не на ограничении деятельности объектов культуры и общепита, а на массовом тестировании. Тогда можно было бы не закрывать клубы, а пускать туда людей с соответствующими справками. Так было бы справедливее, и заодно не останавливалась бы культурная жизнь, не «могилилась» бы экономика. Дай Бог, чтобы всё это скорее закончилось, ведь ничто в этом мире не может длиться вечно. Надо только не впадать в уныние и не опускать руки.

В образе рок-Деда Мороза. Фото из личного архива Андрея Феоктистова

 

— Андрей, я в курсе, что несколько лет назад городские власти и полицейские чиновники по каким-то причинам решили свалить K!nRock и с этой целью замутили целую компанию по его дискредитации, оказывали на Калиниградскую Рок-Ассоциацию мощное давление, угрожая уголовной расправой. Чем всё это закончилось?

— Это правда. Хотя напрямую нам никто не угрожал, но палки в колёса вставляли, грязью обливали и даже уголовное дело завели. Мы перешли дорогу многим влиятельным силам и попали под раздачу, как говорится, по полной. Причины разные. Прежде всего, место проведения нашего фестиваля — сквер в центре города — вожделенная цель для многих деловых людей. Многие годы в нашем городе уничтожались и застраивались скверы и парки. И, естественно, на сквер, где мы ежегодно проводим фестиваль, тоже имелись виды. С другой стороны, видя масштабность нашего мероприятия, в полицейских кругах были люди (говорю «были», потому что по разным причинам их там уже нет), которых, очевидно, задевало, что мероприятие, заставляющее их напрягаться, никому из них ничего не приносит, а лучше бы тогда и не было его вовсе. А интересов коммерческих наш фестиваль не представляет оттого он и общественный, дай Бог насобирать денег на его проведение. А ещё эти активисты-борцуны за трезвый образ жизни, а, стало быть, против мероприятий, где, к примеру, пиво не запрещают продавать. Ведут эту борьбу обычно люди, не измождённые интеллектом и тягой к культуре. Они не видят в фестивале творчества, музыки, поэзии, общения, а видят только то, что себе не позволяют, — пиво. Вот и получилось, что минусов как бы нарисовалось предостаточно, а плюсы только для народа, и только эти плюсы на самом деле помогали нам находить поддержку, добиваться помощи и проводить наш традиционный опен-эйр.

Но раздражение в некоторых кругах росло. И вот, в 2016 году, все эти беды сошлись в одну. Нам не хотели давать сквер для проведения фестиваля, на что мы заявили, что тогда проведём его в форме митинга, устроили массовый сбор подписей, добились понимания и поддержки на уровне областного правительства. Тогда мэрия изменила свое решение и выдала разрешение на проведение фестиваля. Но при этом ввела запрет на продажу пива. Мы тщательно изучили юридическую сторону вопроса, обнаружили, что этот запрет противоречит законодательству России, и просто его проигнорировали. Ответственность за организацию фуд-корта была возложена постановлением мэра лично на меня, я лично и выдал разрешения нашим предпринимателям, на чьи взносы в том числе и проводится фестиваль, на осуществление законной предпринимательской деятельности на фестивале. Тогда на нас спустили «поборников трезвости», которые, даже не побывав на фестивале, облили нас грязью в обращении к губернатору, опубликованному в средствах массовой информации, но Рок-Ассоциация одолела их в судах. И мы говорили об этом на совещаниях, пресс-конференциях и даже с фестивальной сцены. Нам этого не простили и начались беспрецедентные проверки.

Ну, а не ошибается тот, кто ничего не делает. Формально поводы для возбуждения уголовного дела были найдены: и нас, точнее, меня президента Рок-Ассоциации, а также моего помощника координатора административного совета нашей организации Сашу «Сигала» Кралина, обвинили в мошенничестве и стали стращать перспективой лишения свободы на срок аж до шести лет. Не буду рассказывать всю историю этого гнусного процесса. Лишь основное. Длилось это три года и девять месяцев. Два уголовных дела, два суда, 11 томов, 57 свидетелей. Первый суд вообще отказался рассматривать дело из-за грубых нарушений следствия. Но дело не закрыли, а отменили постановление о его возбуждении. Потом перегруппировались и через два месяца снова возбудились новым делом, но по тем же обстоятельствам. Тем временем время шло. В полиции и в мэрии сменилось руководство. Мы продолжали успешно проводить фестивали и даже получили поддержку Фонда президентских грантов. Вину в мошенничестве я не признавал. И второй суд, несмотря на то, что затянулся почти на два года, оказался честнее и принципиальнее следствия. В ноябре дело было закрыто, мы вышли чистыми без позорного и несправедливого клейма мошенничества.

Андрей Феоктистов. Фото: Andrey Zavadskiy

 

А следом, уже совсем недавно, мы получили заключение от Фонда президентских грантов, что наш проект, наш фестиваль был реализован надлежащим образом, что его проведение соответствует приоритетным направлениям общественно-полезной деятельности, определённых государством — значит, мы всё делали и делаем правильно! Это не даёт, конечно, каких-то гарантий в получении финансирования, но снимает вопросы о том, как, где и в каком виде должен проходить фестиваль, полезен ли он вообще, должно ли государство его поддерживать. И самое главное: нам вернули уверенность, что правда всё же есть и что живая честная музыка нужна не только нам, но и нашим зрителям, нашему обществу и государству. Минюст официально включил Рок-Ассоциацию в реестр исполнителей общественно-полезных услуг, а это многого стоит.

На фестивале K!nRock. Фото из личного архива Андрея Феоктистова

 

Думается, уходящий год стал хорошим поводом для перезагрузки всего и вся. У нас появился шанс приостановиться, осмотреться, привести свои мысли и дела в порядок, выстроить новые планы и начать с чистого листа (но не с пустой головой) новую историю, которая должна изменить мир к лучшему. И фестивали будут востребованы как никогда. И мы обязательно будет принимать у себя друзей из Прибалтики и других стран. Я верю: музыка в очередной раз поможет объединить мир!

Читайте по теме рок-музыки:

Сергей Казин: Отметили Хэллоуин в Таллинне вместе с «Королём и Шутом»

Галлюциногены во время коронавируса — в Эстонии сняли клип в стиле 90-х

Песня «Выше» — стала ли выше музыкальная планка новой группы (+видео)

Комментарии закрыты, но трэкбэки и Pingbacks открыты.

You're currently offline