Воскресный антидепрессант Любиной: Истории о Новодевичьем

О том, почему старинное престижное кладбище — это, конечно, не «карнавал жизни», но тем не менее место вполне себе спокойное и позитивное, пишет автор портала Tribuna.ee Татьяна ЛЮБИНА.

567

Мне понадобились чашки. Точнее сказать, десять чайных пар. Причём срочно. Разумеется, я обрадовалась, ведь женщины любят делать покупки, кроме того считается, что шоппинг — это гарантированный антидепрессант.

А так как чашки понадобились необычные, то и место, где их можно приобрести, я выбрала особенное: я поехала в монастырскую лавку! Лавка ожиданий не обманула: таким ассортиментом может похвастаться не каждый специализированный магазин посуды. Да вот только процесс покупки несколько затянулся, а удовольствие я получила не от того, за чем ехала.

Как думаете, сколько времени требуется, чтобы купить десять чайных пар? Не угадаете, гарантирую. Мне понадобилось четыре часа. Посуду я покупала не для себя, поэтому каждый предмет требовал коллегиального осмотра и согласования. А, как известно, как только что-либо начинает обсуждаться и согласовываться, время растягивается. Этакий пример Первого закона Паркинсона в действии. На всякий случай напоминаю, что этот самый Первый закон гласит, что общий объём работы всегда будет увеличиваться, чтобы заполнить собой всё отпущенное на работу время. К примеру, если студент знает, что у него есть месяц на написание диплома, то и весь процесс написания займёт у него месяц, так как… это является второй особенностью Первого закона.

Я же считаю, что если на работу отводится полчаса, значит, она должна быть выполнена за 15 минут, а тут четыре часа потраченного почти впустую времени! Разумеется, я согласовала покупку и чашки купила. Даже нашла в себе скрытые резервы, чтобы выбрать парочку экземпляров домашней утвари для собственной кухни. И уехала довольная, в приподнятом настроении.

Но удовлетворение получила не от затянувшейся истории с покупками, а из-за того, что вновь представилась возможность поклониться именам великих и знаменитых людей, немало сделавших для России и для Петербурга, похороненных на кладбище Воскресенского Новодевичьего монастыря: лавка размещается в 100 метрах от его ограды, а мне нужно было сделать парочку фотографий исторического погоста. Несмотря на слякоть и моросящий дождик, короткая прогулка удивительным образом подняла настроение и восстановила душевное равновесие.

Там, где живут люди, есть и кладбища. А у державы с многовековой историей есть исторические кладбища. Память о тех, кто ушёл в иной мир, остаётся в виде захоронений, памятников и надгробий. И они могут рассказать о минувшей эпохе порой гораздо больше, нежели сотни исторических талмудов.

А здесь с 1849 по 1934 годы было погребено около 26 тысяч человек. Причём погребено именитых горожан, которые трудились на благо своей страны.

Почему именно здесь? На богатом и известном Новодевичьем кладбище похоронено огромное количество выдающихся людей: здесь предавали земле представителей известных дворянских фамилий, видных учёных, писателей, адмиралов. Если попытаться вникнуть и разобраться, кто есть кто, появляется возможность значительно пополнить свои познания в истории России и судьбах тех людей, кто её вершил. Кладбище существовало при Воскресенском Новодевичьем женском монастыре, для которого первоначально предназначался грандиозный архитектурный ансамбль по проекту Франческо Бартоломео Растрелли. К началу XIX века монастырь прекратил существование, но в 1845 году для восстановленной по указу Николая I обители было отведено место у Московской заставы. Строительство нового монастырского комплекса по проекту архитектора Н. Е. Ефимова вели с 1849 года, тогда же возникло и кладбище. На нём всегда поддерживали образцовый порядок, памятники, выполненные лучшими русскими и европейскими мастерами, отличал высокий художественный вкус. А ещё тут есть то, что верующие называют «Храмом под открытым небом». Но об этом чуть позже.

Это было одно из самых дорогих и престижных кладбищ в Петербурге. Для сопоставления: в те годы корову можно было купить за тридцать рублей, а вот место в I разряде Новодевичьего стоило уже пятьсот. Даже в наши дни, когда кладбище сильно пострадало в годы революции и в советский период, оно остаётся уникальным и прекрасным. Здесь по-прежнему такое богатство имён, архитектурных решений, стилей, живописных развалин, что начинаешь жалеть о пробелах в образовании, склерозе и просто незнании.

Воскресенский Новодевичий монастырь — первый православный женский монастырь Санкт-Петербургской епархии. Изначально обитель находилась в районе Смольного собора. Его основание относится ко времени царствования императрицы Елизаветы Петровны. На том месте, где сейчас высится великолепный Собор Воскресения Словущего всех учебных заведений, в 1741 году стоял деревянный Смольный дворец Елизаветы, младшей дочери Петра Великого.

Монастырское кладбище появилось вскоре после возрождения обители: в России всегда кладбища являлись в первую очередь учреждениями церковными. Все особенности их жизни и устройства определяли понятия религиозные. Многовековая православная традиция придавала духовный смысл обрядам погребения, поминовения и ухода за могилой.

К сожалению, большая часть захоронений на сегодняшний день утрачена. Впрочем, как и множество имён тех, кто здесь похоронен. Я специально не привожу имён: как минимум список граждан, внёсших значительный вклад в историю России, представлен на информационном щите при входе.

Как уже упоминалось, кладбища в дореволюционной России являлись учреждениями церковными. И секрет престижности, элитарности именно этого некрополя кроется в истории создания самого Новодевичьего монастыря.

Строительство монастыря на месте Смольного дворца явилось особым благодарением Елизаветы Петровны Богу за успешное воцарение. В Смольном дворце в ночь на 25 ноября 1741 года будущая государыня молилась перед иконой Божией Матери («Знамением») о даровании ей Российского престола. Во время молитвы Елизавета дала обет: если станет императрицей, не казнит ни одного человека. И на протяжении всего своего почти двадцатилетнего царствования Елизавета ни разу не нарушила этот обет. Сюда, в новый монастырь, матушка-императрица хотела уединиться на закате жизни. Но не ушла, и после её кончины жизнь монастыря заглохла. Когда последние монахини перешли в другие обители, монастырь был закрыт.

Воскресенский собор Новодевичьего монастыря в Петербурге.

 

Забвение продолжалось до середины XIX века. К тому моменту, несмотря на расцвет женского монашества, в Санкт-Петербурге не было ни одной женской обители. Минуло восемьдесят лет со времени неудавшейся попытки основания Новодевичьего монастыря, когда дочь императора Николая I великая княгиня Ольга предложила обер-прокурору Святейшего Синода графу Н. А. Протасову возродить женскую обитель. Обер-прокурор представил императору Николаю I доклад о пользе учреждения в столице женского монастыря. Предложение государем было поддержано.

Так деятельность Новодевичьего возобновилась в 1845 году, а осенью 1848 года обитель перенесли ближе к Московским триумфальным воротам, где она находится и поныне. Первой на новом месте была воздвигнута деревянная церковь в честь Казанской иконы Божией Матери, а уже в 1849 году в высочайшем присутствии императора Николая Павловича митрополитом Санкт-Петербургским и Новгородским Никанором совершилась торжественная закладка Собора Воскресения Христова. Таким образом было положено начало Воскресенскому Новодевичьему общежительному монастырю.

Воскресенский собор Новодевичьего монастыря в Петербурге.

 

До революции Новодевичье кладбище поддерживалось в образцовом порядке. Дорожки посыпались песком, устраивались газоны, цветники. Надгробные памятники выполнялись русскими и западноевропейскими скульпторами, художниками, архитекторами, такими как В. М. Васнецов, П. К. Клодт, Н. А. Рерих. Богатые склепы украшали иконы, серебряные венки, ковры, на могилах теплились лампады. В период с 1849 по 1934 годы на нём было погребено около 26 тысяч человек.

То, что представляет собой Новодевичье сейчас, — малая часть того, что было раньше и по площади, и по количеству могил. Но и чудом уцелевшие памятники ХIХ — начала ХХ веков оставляют неизгладимое впечатление: гранитные постаменты, стелы с крестами, плиты, саркофаги, обелиски. В виде набегающей волны или горки с крупными скалами, часовенки, миниатюрные храмы из редких пород мрамора и гранита, художественные литые и кованые ограды — всё по новейшей моде тех лет, когда делались захоронения.

Гибель монастырского кладбища началась уже в первые послереволюционные годы. Чрезвычайно высокий социальный ценз некрополя привёл к тому, что после революции большая часть могил осталась без родственного ухода. Многие из тех, чьи родные были похоронены здесь, вынужденно покинули родину, другие подверглись репрессиям, погибли в гражданскую войну или от голода. Началось массовое мародёрство, продолжавшееся десятилетиями.

Потом в Ленинграде кладбища начали массово закрывать. Часть памятников великим людям была перенесена. В конце 1960-х годов возникла новая идея, нанесшая Новодевичьему ещё один сокрушительный удар: под предлогом создания на его территории музейного заповедника началось массовое уничтожение надгробных памятников. Лишь в 1969 году было уничтожено 400 надгробий. Выполнение этого исполкомовского решения было приостановлено после протестов общественности, но факты хищения памятников, вандализма и осквернения могил не прекратились. В конце концов его территория буквально сократилась в разы.

Новый этап существования Новодевичьего кладбища начался вместе с очередным возрождением монастыря в 1990-е годы. В 1995 году кладбище было признано памятником федерального значения.

Что касается «Храма под открытым небом», то это скульптурный образ Спасителя — надгробный памятник жене генерала Анне Акимовне Вершининой, созданный в 1915 году скульптуром П. И. Кюфферле. Памятник никогда не состоял под государственной охраной, однако когда мародёры сбросили с постамента и попытались украсть бронзовую фигуру, её удалось спасти. Верующие восприняли это как знак Божией милости. Место стало центром стихийного церковного труда до тех пор, пока не был восстановлен собственно Новодевичий монастырь.

Такой вот петербургский некрополь — многонациональная летопись города, хранящая тысячи имён государственных деятелей, военных, учёных, артистов, писателей, художников, музыкантов, весь цвет духовной и политической жизни России.

Читайте по теме:

Старое еврейское кладбище приобретёт достойный вид

Комментарии закрыты, но трэкбэки и Pingbacks открыты.

You're currently offline