Зеркало героя: физиогномика императора Петра Великого

О том, на что опереться, оценивая характер человека, и о Петре I с нового ракурса рассуждает журналист и автор портала Tribuna.ee Татьяна ЛЮБИНА.

1 232
Не обманись

«Обмани меня» — один из пяти моих любимейших сериалов. Группа экспертов по лжи помогает в расследованиях преступлений, находя правду через психологию: интерпретируя мимику и язык тела подозреваемого. В принципе, этот сериал мало отличается от других приключенческих боевиков, с той разницей, что преступления раскрываются в первую очередь благодаря знаниям того, какие у человека мимика и жесты при тех или иных обстоятельствах, — когда он лжёт, а когда говорит правду.

Сей метод вызывает восхищение, но трудно применим — сложен. Кроме того, по мере его тиражирования на практике пропорционально растёт количество приёмов, как обмануть самого наблюдающего: «я знаю, что ты знаешь».

Градус моего восхищения заметно поубавился, когда я наткнулась на описание «Эффекта Кулешова». Это пример того, как из разрозненных, но скомпонованных нужным образом элементов вырастает легенда. Заметил это ещё в 20-е годы прошлого столетия советский теоретик кино Лев Кулешов. В качестве эксперимента Кулешов соединил одно и то же изображение актёра сначала с тарелкой супа, затем — с девочкой в гробу, а после этого — с красавицей, томно расположившейся на тахте. И несмотря на то, что выражение лица актёра во всех трёх случаях оставалось одним и тем же, зрители решили, что в первом случае оно выражало голод, во втором — скорбь, а в третьем — вожделение. Впоследствии этот эффект, сегодня широко используемый при создании кинофильмов, назвали по имени первооткрывателя. Я же считаю подобное восприятие «картинки» результатом манипулирования и запудривания мозгов.

Эффект Кулешова. Фото: zen.yandex.ru

 

После открытия для себя этого странного метода, помноженного на колоссальное количество информационных вбросов и фейков последних двух месяцев, я перестала, за редким исключением, смотреть западные фильмы, включая столь любимую бондиану. Ощущение, что при каждом возможном случае тобой пытаются манипулировать, не сильно способствует хоть какому-то интересу.

А пока я пыталась везде обнаружить признаки умелого воздействия, судьба в лице доброго друга подкинула новое знакомство, благодаря которому мы и имеем нынешний цикл статей.

Дружба вне времени

Ярослава я знаю со времён Сбербанка. Ключевой фактор, благодаря которому мы дружим по сей день, — это умение разграничивать работу и личные взаимоотношения. Пока мы трудились на благо «любимого» банка, то пребывали, что называется, «по разные стороны». Мне приходилось контролировать сроки и качество, в том числе и того, чем занимался Яр, — оснащение города и области рекламы, то есть вывески, лайт-боксы, полиграфия — ещё одно направление, где царили жёсткие сроки, штурмовщина, но провалов было больше, нежели успехов.

Устав от отсутствия шансов исправить хоть что-то, на момент нашего знакомства я уже всерьёз задумывалась о смене работы. Ярослав же с первых дней осознал губительность попыток догнать пешком набирающий скорость поезд, поэтому берёг нервы и влиял на то, на что мог и хотел повлиять. Заодно и до меня пытался донести приоритетность душевного равновесия.

В дальнейшем Яр оказался тем, кто помог мне адаптироваться к новой, внебанковской жизни. Когда я переживала, что мне непривычно в будний день разгуливать, а не сидеть в офисе, я звонила Яру и слышала в трубку: «Не переживай, стыдиться тут нечего, потерпи, пройдёт через полгода».

А ещё у нас схожие взгляды на жизнь: мы оба любители домашнего комфорта, тишины и красивых вещей. Приверженцы спортивного образа жизни, удобной одежды, ярких кроссовок, образцово сидящих костюмов и начищенной до блеска обуви.

Такой вот друг, который и познакомил меня с человеком, исследующим… лица. Впервые об их партнёрстве я услышала год назад. Яр прошёл у Александра Петрова курс обучения и взахлёб рассказывал о своих результатах. Так что в марте этого года я не удивилась, услышав в трубке: «Мне не выбраться; это тот самый Саша-физиогномист, я ему о тебе рассказал; вам обоим будет полезно познакомиться; ты лучшая, кого я готов порекомендовать вместо себя».

Надо ли добавлять, что после подобных рекомендаций на мероприятие я пошла, хотя неделя случилась плотной, а на следующий день планировался «Завтрак в платьях». В итоге выкупленный билет на «Завтрак» остался единственным о нём воспоминанием. Судя по отзывам, всё было как обычно, и я ничего не потеряла. В отличие от того, что приобрела на новой встрече.

Так я и познакомилась с Александром Петровым — психологом, физиогномистом, автором бестселлера «Практическая физиогномика. Книга-тренажёр».

День с физиогномистом. Фото из архива Александра Петрова
Автор курса. Фото из архива Александра Петрова

 

Физиогномика ‒ наука «чтения по лицу»

По этой науке, характер человека напрямую связан с чертами лица и их сочетанием. Разумеется, чтобы освоить хотя бы азы физиогномики, надо всерьёз учиться, практиковаться, наблюдать. Кавалерийский наскок, столь полюбившийся в последние годы представителям поколения Тик-тока, здесь неприменим. «Джонни, сделай мне монтаж!» — фраза, произнесённая героиней фильма «Человек с бульвара Капуцинов», желающей сократить время пребывания в одном месте, приобрела новый смысл и характеризует те законы, которым подчиняется нынешнее интернет-сообщество.

Сегодня физиогномика переживает взлёт популярности. Что и понятно: изучив даже основы, ты получаешь в свою копилку работающий механизм с явными и понятными результатами. Кому это вообще интересно? В первую очередь тем, кто участвует в переговорах, взаимодействует с сотрудниками и партнёрами «лицом к лицу». Не всегда же онлайн общаться.

Бытует мнение, что физиогномика зародилась ещё в античности. Некоторые исследователи считают автором первого известного трактата по физиогномике самого Аристотеля, которому приписывают методику определения по внешнему облику ученика предпочитаемого метода обучения, его черт характера, достоинств и слабостей. Автор сопоставлял лица людей с мордами разных животных и утверждал, например, что нос с толстым кончиком — признак бесчувственности, острые носы принадлежат вспыльчивым натурам, а большие и широкие говорят о великодушном характере.

Современная физиогномика — это метод определения типа личности человека, его душевных качеств и состояния здоровья, исходя из анализа внешних черт лица и его выражения, взятый безотносительно к выразительным движениям и обусловленный самим строением лица, черепа, туловища, конечностей. По другому определению, физиогномика — область знаний, когда через восприятие и «чтение» лица человека мы получаем информацию о его личностных особенностях, определяющих поведение и отражающих индивидуальность.

Практикуется и противоположная точка зрения, согласно которой физиогномика как предсказательная концепция — это лженаука, стоящая в одном ряду с астрологией и алхимией. То, как мы оцениваем друг друга, зависит в первую очередь от наших мировоззрения и опыта. А чтобы составить о человеке первое впечатление, которое в дальнейшем бывает сложно изменить, нам хватает долей секунды.

Хотя… Какая разница? В том, что знания, помноженные на их грамотное применение, дают гарантированный результат, я убедилась лично. Хотя и неожиданно.

День с физиогномистом. Фото из архива Александра Петрова

 

Историческое прочтение

Для людей, уважающих историческую достоверность, физиогномика — это возможность «проверить» характер исторического персонажа, известного нам по общеизвестным описаниям.

После семинара у меня родилась идея рискованного и экстравагантного эксперимента. Я решила проверить, какие выводы профессионал уровня моего нового знакомого способен сделать, проанализировав не людей и их фотографии, а живописные или скульптурные портреты великих людей прошлого. А будучи человеком пусть и увлекающимся, но склонным подвергать сомнению и анализу то, что нельзя «потрогать», я отобрала тех персонажей, в портретном сходстве которых мы уверены. Например, несмотря на соблазн и 800-летие со дня рождения, я не стала предлагать Святого Александра Невского — понимая, что «на выходе» мы получим описание характера актёра Николая Черкасова, сыгравшего роль князя в одноимённом фильме Сергея Эйзенштейна и ставшего прообразом сотен памятников и картин.

В реальной жизни, «считывая» человека по лицу, мы разглядываем его, что называется, вживую, со всех возможных ракурсов и сторон. Но разбирая историческую личность, мы, как правило, ограничены в возможностях и можем лишь анализировать её скульптурные портреты и картины. К тому же художники использовали те ракурсы, которые им казались более выигрышными для того или иного героя. Из-за этого «прочтение» той или иной исторической личности может быть затруднено. Помимо этого, до изобретения дагеротипии и фотосъёмки имело место сознательное приукрашивание моделей.

Тем не менее, имея в распоряжении даже такие, далеко не всегда корректные исходные параметры, мы можем выделить наиболее яркие, бросающиеся в глаза особенности характеров наших персонажей. На их примере каждый имеет возможность выделить те черты, которые свойственны людям с их типажом. А читателям эти описания, возможно, раскроют наших героев в чём-то с новой, незнакомой стороны.

Предвижу вопрос: а почему я вообще решила, что физиогномика — это метод, заслуживающий доверия? А потому, что я увидела собственными глазами, что он работает. Во-первых, солидные рекомендации (друг Яр, за пять лет после увольнения из Сбера создавший себе имя и собственную успешную фирму, пережившую все локдауны); во-вторых, собственная практика на семинаре. В-третьих, мой эксперимент затевается как раз для того, чтобы именно на этот вопрос и ответить: а стоит ли физиогномика доверия? Вообще-то говоря, на исторических личностях физиогномику ещё не проверяли! Запатентовать, что ли?

Для наглядности мы решили обсудить личности, о которых я писала на портале Tribuna.ee. При этом понимала, что возможен скепсис и комментарии вроде: «Так о нём и так во всех учебниках написано, вы другими словами пересказали то, что и так известно всем с детства». Поэтому в числе прочих я предложила фотографию одного человека, о котором наш собеседник ничего не знал до сего момента — в отличие от меня и читателей портала Tribuna.ee. Пока, не раскрывая его имени, замечу, что «попадание» было абсолютным, плюс обнаружились некоторые черты характера «нашего Мистера Икс, о которых никто из тех, кто принимал участие в интервью, до сих пор не упоминал.

Но всё же оговорюсь: выводы, сделанные в настоящем материале, — это видение конкретного эксперта, которое может быть подвергнуто сомнению или дополнительному анализу. В любом случае мы готовы к диалогу.

Итак, вот, что у нас получилось…

Пётр I

Выбор первого героя неслучаен: 2022 год — год 350-летия первого российского императора.

Один из редчайших случаев, когда есть возможность воспользоваться и прижизненной, и посмертными масками, не сомневаясь в «достоверности» черт лица. Что особенно ценно: маски выполнены уже в зрелом возрасте, когда Пётр имел сложившийся характер и достиг величия.

К самим маскам вопросов нет. Ибо, как мы помним, обе маски — работы великого Растрелли. В связи с апробацией модели конного памятника Петру, Растрелли должен был приступить к лепке фигуры царя для монумента. Именно тогда и возникла мысль снять маску с лица Петра для абсолютного портретного сходства, точно так же, как это делали итальянские ваятели в эпоху Возрождения. Намерение скульптора не встретило возражений со стороны Петра, любившего подчас в искусстве протокольную точность. Во время работы Пётр дышал через трубочки, вставленные в нос. 28 января 1725 года Растрелли вторично снимает маску с его лица, на этот раз посмертную. Одновременно он делает слепки рук.

Считается, что после смерти лицо расправляется, уходит асимметрия, которая и говорит о характере. Однако разница не такая уж сильная, погрешность минимальная: всё-таки морщины формируются всю жизнь и не выравниваются за раз.

Давайте же разберём лицо императора — схематично, обращая внимание на нюансы, особенности и необычные сочетания черт.

Восковая персона Петра I, выполненная Бартоломео Карло Растрелли. Первая треть XVIII века. Фото: Yandex

 

Думать только об интересном

Сразу бросается в глаза, что у Петра был необычайно округлый рисунок линии роста волос. Такой типаж людей всегда отличался (да и отличается) свободомыслием. Их особенность — думать исключительно о том, о чём им хочется. То есть если они втянуты в диалог, который им неинтересен или скучен, — они переключаются на другую тему. Или перенаправляют беседу в то русло, которое нужно им, иной раз даже перебив собеседника или прекратив разговор. Навязать Петру тему, ему неинтересную, было практически нереально.

А у Петра к тому же мы видим сильно развитые надбровные дуги, что троекратно усиливает описанный параметр. Это выдаёт в их владельце крайне сильную и властную личность. Да, высокомерную, да, не всегда уважительно относящуюся к собеседнику.

Природный эмпат

Если посмотреть на посмертную маску сбоку, то видно, что у Петра был выпуклый лоб. Такой лоб характеризует человека с высокой эмпатией. То есть при всей невозмутимости и умении прекращать диалог в тот момент, когда ему это захочется, Пётр тонко чувствовал, как его воспринимают и видят окружающие и собеседники. В этом плане он как природный эмпат мог предугадать оптимальный момент для прекращения диалога либо же подобрать такую интонацию, которая быстро и конструктивно переключала собеседника на иную тему.

«Переключение» темы «бьётся» с подбородком и со сглаженным нижним скуловым углом нижней челюсти. Такой типаж является крайне изворотливым переговорщиком. Местами хитрым, местами саркастичным.

А округлый подбородок говорит, что его обладатель был сильно избирателен в выборе своего окружения. Такие люди не любят просто говорить, говорить ни о чём. Такие люди говорят только тогда, когда им реально интересно.

Скуловой угол у Петра не резкий, а плавно очерченный. А это выдаёт человека, который часто может выступать в качестве серого кардинала. Такой человек часто организовывает процессы, в которых происходит то, что нужно именно ему. То есть он инициирует какие-то видоизменения, которые в конкретном обществе, коллективе могут показаться непонятными и нелогичными. Но с течением времени всё, что он планировал и демонстрировал, приводило к результату, который требовался ему изначально. Хотя в это окружающие либо не верили, либо не понимали до поры до времени.

Сделанные выводы «бьются» с носом нашего героя: узкий кончик, высокие, ярко выраженные крылья. Такой нос имеют люди, являющиеся великолепными прирождёнными руководителями, умеющими вовлекать людей в процесс. Но при этом предварительно они сами должны прийти к нужным выводам. И только после этого привлекать других людей.

Навязать что-либо обладателям подобных носов невозможно. То есть если что-то Петру навязывали, он от этого резко отрекался. А вот если нечто подобное он придумал сам, то начинал эту идею продвигать крайне настойчиво.

Алексей Антропов. Портрет Петра I.Фрагмент. Фото: hellopiter.ru

 

Зависимость от чужого мнения

При этом, помимо того, что Пётр был крайне свободолюбивым и по мышлению, и по демонстрации своих мыслей и взглядов, он был зависим от мнения окружающих его людей. Принимая решение, он выслушивал чужое мнение. Если звучало что-то объективно негативное, то он корректировал собственные действия: ему было важно, что о нём думают.

А вот скулы как раз не выражены, что нетипично при таких крыльях носа. То есть с одной стороны — он любил то, что сейчас называется «обратная связь», а с другой — не любил демонстрировать эмоции. Как следствие, на публике он старался больше сдерживаться, нежели проявлять чувства. А истинные эмоции задавливал, давил внутри себя, практически их не проявляя.

Глаза не сильно утопленные. Это свидетельствует в пользу человека, стремящегося выдержать паузу, выбрать наилучший из имеющихся вариантов решения проблемы, нежели необдуманно рваться в гущу событий. Принимаемые им решения были взвешенными и обдуманными.

Принятие решений

Интересно, но выходит, что процесс принятия решений у него не был молниеносным. Начиная новый проект, Пётр тратил много времени на то, чтобы разобраться самому, словно разжёвывая и многократно повторяя одно и то же для себя самого. Положение ушей относительно бровей говорит именно об этом. А заниженная их посадка характерна как раз для тех людей, которые анализируют информацию пусть не молниеносно, но зато основательно. И, разобравшись в какой-то теме один раз, они становятся настоящими экспертами.

У Петра брови нависают над глазами, что говорит о том, что он был импульсивен при принятии решений. Но даже вспылив, он мог резко передумать, изменить точку зрения на диаметрально противоположную, а один приказ — на другой.

Уличные торговцы у памятника Петру I. Фото Карла Буллы (предоставлено Фондом исторической фотографии имени Карла Буллы)

 

Возможно, что даже в ту эпоху это сильно раздражало окружающих. Даже приближённые к царской персоне зачастую не понимали подобную резкую смену курса, вплоть до возможных мыслей о его нерешительности в принятии решений. В действительности же Пётр был человеком, который пытался найти — да и находил — оптимальное решение проблемы.

В целом по форме головы можно сделать вывод, что её обладатель был эстетом, то есть человеком, избирательным в общении, который не будет лишний раз открывать рот, а говорить будет только с тем, с кем хочет. Или — на интересную тему.

Пётр в кино

Петровская эпоха много и часто становилась темой для фильмов. Например, «Пётр Первый» (1937-1938 гг.) с Николаем Симоновым в главной роли; «Россия молодая» (1981-1982 гг.) с Дмитрием Золотухиным; «Сказ про то, как царь Пётр арапа женил» (1976 г.) с Алексеем Петренко.

В первом случае актёр подобран удачно, за исключением бровей — у Симонова они скорее «бычьи», нежели «контрольные», но и образ в целом был несколько комичным. Второй — серьёзное сходство, да и фильм с претензией на историческую достоверность. А вот в фильме с Владимиром Высоцким у актёра раздвоенный подбородок; Пётр здесь брутальный и прямолинейный (что характерно для обладателей таких подбородков). Но у Петра-то подбородок был округлый, что, повторюсь, выделяет его как эстета в переговорах, а не как «рубаку-парня».

Александр Баулев в роли Петра I («Пётр Первый. Завещание»). Фото Юрия Белинского/ТАСС/Предоставлено Фондом ВАРП

 

Гениальность

В повседневной жизни такие люди становились или наилучшими мастерами в своём деле, или же наихудшими. А зависело всё от того, насколько «своим» делом они занимались. Поэтому-то навязываемые проекты вызывали у Петра I дикое негодование, а люди, их продвигающие, отталкивали от себя.

Если подойти к анализу лица Петра в целом, то можно сказать так: в его лице не было какой-то отдельной черты, отвечающей за гениальность. Но сочетание всех черт выдавало в нём человека, обладавшего невероятной силой страсти в отношении того, что его привлекало и занимало. Занимайся он нелюбимым делом, то был бы крайне капризным, избалованным и раздражающим окружающих человеком. А вот если такой человек начинает заниматься делом любимым, которому он отдаёт всего себя, то он словно растворяется в своей работе. В действительности Пётр I был, как сказали бы сейчас, фанатом своего дела. Что и явилось залогом того, что он достиг таких успехов. Его гениальность как раз в том, что подобные типажи — очень страстные натуры: в работе, в жизни.

В силу происхождения Петру не требовалось заботиться о хлебе насущном. Он имел возможность выбирать дело по душе, в которое вкладывался на тысячу процентов со всей своей страстью. А физиогномика нам об этом и говорит.

Бартоломео Карло Растрелли. Бюст Петра I. Бронза,1723—1729 гг. (Эрмитаж). Фото Т. Любиной

 

Вообще, Пётр I — фундаментальная личность, которую интересно и разбирать, и рассматривать. Лично для меня стало откровением, насколько получившийся облик отличается от того восторженного и импульсивного самодержца, к которому мы привыкли благодаря кино и книгам.

Продолжение следует…

Вы согласны с озвученными выводами? Что нашли нового? 

Комментарии закрыты, но трэкбэки и Pingbacks открыты.

You're currently offline