Рецензия: Вдогонку за отблесками былого

Рецензия на книгу Клайва Баркера «Алые песнопения».

Выпущенный недавно издательством АСТ новый увесистый роман мэтра фантастики ужасов Клайва Баркера «Алые песнопения» (на Западе вышел в 2015-м) преподносится как своего рода сенсация: 30 лет спустя автор вдруг написал продолжение своего самого знаменитого произведения, вернувшись к прославившему его на весь мир персонажу — Пинхэду из инфернального «Ордена порезов». Действительно, между опубликованной в уже далёком 1986 году повестью «Сердце, обречённое на ад» и нынешними «Алыми песнопениями» пролёг немалый отрезок времени, заполненный целой линейкой фильмов «Восставший из ада», комиксами, компьютерными играми и сопутствующими товарами, посвящёнными демонам в причудливых садомазохистских «прикидах» — то есть, не самая, надо признаться, сильная в художественном отношении книжка породила целый культурный феномен, своего рода поп-культ. И что же представляют из себя «Алые песнопения»?

Решив развить образ Пинхэда и, так сказать, сорвать покровы тайн с его сумрачного мира, Баркер явно отталкивался нет от литературного первоисточника, в котором жрецы ада — кеновиты — описаны довольно схематично, а от куда более красочного киновоплощения этой истории, описывая иглоголового жреца «Ордена порезов» точно так, как он выглядел на экране. А противостоит могущественному исчадию ада другой литературный персонаж Баркера — сыщик-оккультист Гарри Д’Амур, появлявшийся на страницах романов «Явление тайны» и «Эвервиль», а также в нескольких рассказах. По сюжету «Алых песнопений» Пинхэд похищает давнюю подругу Д’Амура — слепую негритянку Норму, обладающую даром общения с духами умерших, и отважный сыщик во главе небольшого отряда экстрасенсов отправляется вслед за похитителем и его жертвой прямиком в ад.

Клайв Баркер — весьма неровный писатель: наряду с по-настоящему сильными произведениями, в его творческом багаже хватает и «проходняка». Добавлю, что лично меня также всегда коробила ненужная детализация откровенно порнографических сцен. Гомосексуальность Баркера объясняет и нередкое присутствие на страницах его произведений персонажей нетрадиционной ориентации, ну а нынче, в эпоху добровольно-принудительной толерантности и трепетного отношения к «третьему» полу, писатель, как говорится, и вовсе «закусил удила»: в «Алых песнопениях» «иной» ориентации придерживается добрая половина окружения Д’Амура, да и сам он, как выясняется по ходу дела, в юности имел принудительный содомитский опыт. По-моему, с этим делом тут явный перебор. Как и с ненормативной лексикой: в данной книге герои матерятся постоянно, где нужно и ненужно, и это в итоге начинает сильно утомлять, к тому же такая вот постоянно выпячиваемая быдловатость персонажей напрочь отбивает желание им как-то сопереживать. Немалую не то что ложку, а целую лохань дёгтя добавляет и «художественный» перевод: человек, взваливший на себя сей непосильный труд, в школе очевидно был закоренелым двоечником по литературе и русскому языку. Господа из АСТ, проявляйте уважение к тем, кому вы продаёте изданные вами книги!

Что же касается собственно художественных достоинств (и недостатков) данного романа… Как я уже выше писал, Клайв Баркер — неровный писатель и в «Алых песнопениях» это проявилось в полной мере: визуально яркие сцены, изощрённые выверты фантазии, глубокие и возвышенные моменты, увы, неизбежно чередуются с неуклюжей надуманностью интриги, нелогичностью поступков и неуместной пошлостью. Мир ада также разочаровал: шаблонное фэнтезийное Средневековье, населённое совершенно не пугающими карикатурными персонажами, одержимыми типично людскими страстишками. Куда делся тот нестандартный потусторонний мир и его суровые стражи-кеновиты? Зачем было опускать их мудрого предводителя до уровня насквозь шаблонного злодея? Баркер своими же руками опошлил им же когда-то созданный миф, развеял по ветру клочья своеобычности и будоражащей воображение недосказанности — всё то, что принесло «Восставшему из ада» заслуженную славу одной из икон жанра. Вся эта досадная трансформация до боли напоминает гибельные манипуляции престарелого Ридли Скотта с киновселенной Чужого: гениальный первый фильм с его магией недоступных человеческому пониманию инопланетных тайн — и его же два последних дуроломных попкорновых фильма на эту тему — которых лучше бы и не было вовсе. Обогатили ли «Алые песнопения» вселенную «Восставшего из ада»? По моему скромному мнению, книжица сия — необязательный аппендикс, неловко присобаченный к тому, что в нём абсолютно не нуждается. Выпущенное в мир в 1986 году детище Баркера похоже давно переросло своего создателя.

Комментарии закрыты, но трэкбэки и Pingbacks открыты.

You're currently offline