Мария Станиславовна фон Глазенап — графиня и солдатка

Почему в российской и зарубежной историографии отведено очень мало места женщинам, сражавшимся на стороне белых? На этот вопрос отвечает автор портала Tribuna.ee Татьяна ЛЮБИНА и рассказывает историю одной очень яркой представительницы женщин-военнослужащих .

1 866

Нынешняя статья появилась как невольное продолжение истории о женских батальонах смерти в Первую мировую войну.

О женском участии в Великой (Первой мировой) и Гражданской войнах практически отсутствует какая-либо информация — в отличие от войны Великой Отечественной. Что объяснимо: полные крови и драматизма события тех лет привели к краху могущественной империи, расколу в обществе и братоубийственной войне. Прямо скажем, не повод для гордости. Да и летописцев, которые  фиксировали бы героизм именно женщин на войне, тоже особо не было.

По этим причинам сегодня мы можем предполагать, что двигало женщинами-военнослужащими, или солдатками, как они сами себя называли, главным образом по отдельным воспоминаниям их самих и очевидцев тех лет. Хотя феномен «женщина и война» достоин самого пристального внимания как с исторической, так и с психологической, социологической и социальной позиций.

Даже о таком, казалось бы, «раскрученном» в 1917 году событии, как формирование женских «батальонов смерти», сохранились лишь отрывочные сведения. Хотя если не придираться к деталям, то прослеживается тенденция: большинство женщин шло на войну в качестве сестёр милосердия. Особо деятельные и упрямые, как Мария Бочкарёва, писали ходатайства на имя императора и, получив Высочайшее дозволение, попадали на фронт уже в качестве солдат, где и воевали с оружием в руках. Были даже такие, которые воевали, взяв себе мужские имена и скрывая принадлежность к женскому полу.

Во многом благодаря Марии Бочкарёвой и её женскому батальону смерти, с энтузиазмом принятым и «распиаренным» Временным правительством, к лету 1917 года женское движение стало легитимным; барышни, уже ни от кого не скрываясь, рвались на фронт, желая показать пример тем мужчинам, которые наотрез отказывались воевать.

Официально в октябре 1917 года в списках воинских частей числились: пехотные 1-й Петроградский женский батальон смерти, 2-й Московский женский батальон смерти, 3-й Кубанский женский ударный батальон; Морская женская команда (Ораниенбаум); Кавалерийский 1-й Петроградский батальон Женского военного союза; Минская отдельная караульная дружина из женщин-доброволиц. Появление отряда Бочкарёвой послужило импульсом к формированию женских отрядов в других городах страны (Киев, Минск, Полтава, Харьков, Симбирск, Вятка, Смоленск, Иркутск, Баку, Одесса, Мариуполь). Но из-за усиливавшихся процессов разрушения российского государства создание этих женских ударных частей так и не было завершено. А спасти деградирующую армию от окончательного морального разложения не могло уже даже и чудо.

Женский батальон смерти, 1917 год. Фото Карла Буллы

 

Кто-то из женщин успел повоевать, кто-то защищал Зимний дворец и Временное правительство. Во время Гражданской войны многие представительницы слабого пола продолжили службу и в Красной, и в Белой армиях, а также в белых воинских формированиях. Бывшие «сёстры по оружию» теперь оказались по разные стороны баррикад в качестве сестёр милосердия, пулемётчиков, разведчиков, связистов, бойцов и служащих. Однако в Белой армии женщины всегда были на второстепенных ролях. Ни одной из них — в отличие от женщин-комиссаров и командиров Красной армии — не удалось занять значимых и стратегически важных постов (Л. Н. Мокиевская-Зубок, А. М. Коллонтай).

Руководитель Всероссийского женского союза помощи Родине «Женщины за Отечество» М. А. Рычкова отмечала впоследствии, что добровольческое движение женщин «многие находили и находят смешным и уродливым», «смотрят на него как на никому не нужную жертву». Но она при этом подчёркивала: «Можно ли было в то время считать уродливым и неестественным какое-либо движение, когда вся жизнь у нас на Родине приняла такие уродливые формы? Разве оставлено было женщине то, что считалось её уделом: семья, дом, Родина? Всё было поругано и отнято почти с первых дней свободы. А сколько женщин загублено, опозорено за эти годы! Разве мало их погибло не на фронте, а на своей родной земле?» Эти слова можно адресовать всем женщинам, принявшим участие в Гражданской войне на стороне Белого движения. Благодаря их поддержке, заботе и помощи, по признанию воевавших рядом с ними мужчин, одерживались победы и утихала боль потерь.

Портрет сестры милосердия. Фото предоставлено Фондом исторической фотографии имени Карла Буллы

 

Об одной из таких женщин — участнице Первой мировой и Гражданской войн, аристократке из рода остзейских баронов, в силу происхождения и воспитания не признавшей Октябрьскую революцию, — графине Марии Станиславовне Борх, в замужестве Марии фон Глазенап, — мне и рассказал экскурсовод по средневековому Таллинну и историческим местам Эстонии Дмитрий Унт:

— Почему именно графиня фон Глазенап?

— Мария Станиславовна прожила жизнь настолько яркую, что про неё можно и роман написать, и приключенческий фильм снять. При этом за время своего участия в военных действиях она преуспела на стольких поприщах, что одной её биографии достаточно, чтобы составить представление о том, как служили и как воевали в Гражданской войне на стороне Белого движения многие женщины.

— Фон Борхи — древний аристократический род?

— Фон дер Борхи — одна из самых необычных, загадочных, сложных, противоречивых и знатнейших рыцарских фамилий. Род древний, горячий, с удалыми, отчаянными генами, представители которого были способны на самые авантюрные и сумасбродные поступки. Судя по всему, Мария Станиславовна в полной мере унаследовала пыл и своеволие своих предков.

Мария Станиславовна Глазенап. Фото: russianestonia.eu

 

В отличие от многих других именитых родов Ливонии, Борхи были выходцами из Италии. Фамилии графов Борх-Любешиц, Борехсгоф, баронов Борхланд — всё это ветви одного родового дерева, возможно, древнейшего в Европе. Их предки из семьи Борджиа жили в Неаполитанском королевстве. В 1196 году некоторые из них обосновались в Вестфалии, в 1283 году были пожалованы в бароны Римской Империи, а уже в 1328 году уже имели свой родовой герб: на серебряном поле — три чёрных ворона, над щитом — красный ламбрекен и рыцарский шлем, на шлеме меж чёрных крыльев — ворон.

В XV веке один из фон дер Борхов — Фридрих — сочетался в Риге браком с Еленой Палеолог, племянницей византийского императора Константина IX. Портрет другого — писателя, бальи Мальтийского ордена, графа Михаэля Иоганна фон дер Борха — висит в Третьяковской галерее. Родовое гнездо Борхов — усадьба и замок в Вараклянах — отсчитывало свою историю с последней четверти XIV столетия вплоть до 1866 года, когда брат Михаэля Иоганна Михаэль Йозеф Борх продал своё владение англичанину и вообще уехал в Витебск. В XIX веке один из графов фон Борх был губернским предводителем дворянства; другой — действительным тайным советником и обер-церемониймейстером, вице-президентом Совета детских приютов в Петербурге, директором Императорских театров, вице-президентом капитула Российских орденов, членом Совета министров иностранных дел, породнившимся со знаменитым родом Лаваль*.

Род фон Борхов был весьма плодовит и разросся до германской, польской и остзейской ветвей. Для неэстонских читателей: Остзее — немецкое название Балтийского моря; три остзейские губернии — Эстляндская, Лифляндская и Курляндская — это территория нынешних Эстонии и Латвии.

Борхи сражались под Нарвой и Полтавой, участвовали в Семилетней войне, оборонялись против Наполеона, преследуя захватчиков сперва на собственной земле, потом в Европе. Их портреты, помимо Третьяковки, висят в Русском музее. Одной из Борхов приписывают роман с императором Николаем I.

Стоит ли удивляться, что на рубеже веков в с. Троицкое Смоленской губернии родилась ещё одна красавица, бросившая вызов традициям и привычному стилю жизни? Думаю, без влияния генов здесь не обошлось.

— Вы акцентировали внимание на весьма значимом, на мой взгляд, аспекте — на родословной. Знания, как вели себя предки в привычной среде обитания, во многом проясняют поведение детей и внуков. Резонно, что истинные аристократы с такой самоотверженностью защищали свою Россию и свои устои. Но вот мы подошли к самому главному: Мария Станиславовна фон Борх в годы Первой мировой войны.

— Информации крайне мало. Вы можете потратить не один день в поисках, но обнаружите примерно следующее:

«В начале Великой войны Мария Станиславовна уехала на фронт сестрой милосердия. Ей тогда было 19 лет. В 1916 году, взяв мужской псевдоним Владимир Борх, она добровольцем поступила в один из латышских стрелковых батальонов. После тяжёлой контузии была эвакуирована в тыл. Там Мария Станиславовна увлеклась авиацией, поступила в Гатчинскую военно-авиационную школу и участвовала в пробных (учебных) полетах. Старший унтер-офицер. Награждена Георгиевской медалью 4-й степени за бои к югу от Риги.

В 1919 году зачислена в Северо-Западную армию генерала Н. Н. Юденича, неоднократно направлялась секретным курьером в Финляндию и в Латвию для связи с Отрядом Светлейшего князя Ливена (блестящий русский офицер, участник Белого движения). В составе Танкового ударного батальона в качестве механика и ремонтника принимала участие во взятии Волосова и Гатчины во время наступления на Петроград осенью 1919 года (операция «Белый меч»).

Когда в 1919 году в должность главнокомандующего Северо-Западной армией вступил генерал П. В. Глазенап, Мария Станиславовна как вольноопределяющийся обратилась к нему за разрешением остаться в армии. Было получено не только разрешение, но и новое назначение — графиня Борх, знавшая несколько языков, стала секретарём генерала. В 1920 году они выехали в Белый Крым, затем эмигрировали в Европу. В 1921 году в Берлине Мария Станиславовна стала супругой генерала. Скончалась в 1969 году в Мюнхене. Оставила мемуары на немецком языке „Soldatka. Die kriegerischen Abenteuer der Gräfin B“».

Сестра милосердия графиня Мария Борх. Фото: russianestonia.eu

 

Я в детстве не раз и не два взахлёб смотрела «Гусарскую балладу». Но там кино, а в жизни… Неужели женщина могла столь мастерски маскировать свою женскую сущность?

— Представьте, да. Находясь в Белой армии, женщины стремились не выделяться в мужском окружении, скрывать свой пол одеждой мужского покроя и короткой стрижкой. Так, один из сослуживцев графини Борх, вспоминая о встрече с ней, писал: «Должен сказать, что в форме невозможно было определить, что под ней скрывается женщина: мужская причёска, стройная фигура, манеры. Говорила без ошибок в мужском роде. Всё это вырабатывалось временем и было совершенно естественно»**. Такое поведение, впрочем, вряд ли может считаться естественным для женщины, в большей степени объяснялось условиями военного времени и, скорее всего, было попыткой подчеркнуть равенство полов.

— Тем не менее графиня фон Борх невольно стала одной из тех дам, благодаря кому появилась новая мода на женские причёски — а-ля гарсон (то есть «под мальчика») или «бубикопф» (нем. bubikopf — маленькая или детская голова). Волосы коротко остригались и завивались особым образом, слегка приподнимаясь на затылке. Хотя графиня лишь максимально коротко стриглась.

— Графиня была настолько красива, что ей шла любая причёска. Достаточно беглого взгляда на фотографии, чтобы в этом убедиться.

Вольноопределяющийся граф Борх. Фото: russianestonia.eu

 

— Судя по послужному списку, графиня была не только красива, но и обладала мужским складом ума. Иначе она не смогла бы окончить лётную школу и вряд ли была бы допущена к полётам.

— Совершенно верно. А чтобы понять, насколько она преуспела, надо бы рассказать, что такое Гатчинская лётная школа.

Гатчинская лётная школа — первое учебное заведение подобного рода в России, пожалуй, с самыми высокими требованиями и самое котируемое. Школа была сформирована в июле 1914 года на базе Авиационного отдела Офицерской воздухоплавательной школы. В 1914—1915 годах в школе обучались 175 лётчиков-офицеров, 57 лётчиков-солдат, 20 офицеров-добровольцев. Помимо офицеров, в Гатчинскую военную авиационную школу ежегодно направлялось несколько тысяч нижних чинов. Но только единицы из них проходили обучение по программе подготовки военного лётчика.

Преподавателями и инструкторами школы были только опытные военные лётчики, многие из которых прибывали с фронта. Некоторые из них зачислялись в постоянный состав школы преподавателями и инструкторами, другие осваивали более современные типы аэропланов и снова — на фронт.

Вид на комплекс зданий ОВШ. Снимок примерно 1911-1912 гг. Фото предоставлено Владимиром Дервенёвым

 

В школе действовала программа солдатского военно-авиационного класса, в процессе которой ученики налётывали по девять часов в месяц (этого достаточно лишь для того, чтобы отработать умение взлетать и садиться), и более сложная офицерская программа. Окончившими школу считали тех, кто прошёл полный курс и сдал практику (самостоятельное пилотирование, бомбометание, ремонт лётного аппарата, ориентирование на местности и пр.).

Учебный класс авиационного отделения ОВШ. Гатчина, 1913 год. Фото предоставлено Владимиром Дервенёвым

 

Помимо лётной профессии, специально обученные военные лётчики постоянного состава школы командировались для военной приёмки авиационных моторов, аэронавигационного оборудования, аэропланов новых моделей, которые затем собирались в мастерских школы. Одним из подразделений школы была техническая рота, состоящая из постоянного и переменного составов. Постоянный состав использовался для обслуживания мастерских школы и аэродрома, а переменный обучался, в том числе и моторному делу. В школе функционировал и автомобильный класс, зачисление в который производилось после отдельных экзаменов. Также были радиотелеграфный и фотографический классы, существовало пулемётное отделение. По мере необходимости школа готовила офицеров на должность наблюдающего на заводе за изготовлением летательных аппаратов.

Перед вылетом. Гатчинская авиашкола, 1913 год. Фото предоставлено Владимиром Дервенёвым

 

Когда над Петроградом нависла угроза немецкого наступления, было принято решение об эвакуации школы в Самару. Эвакуации подлежали триста самолётов, большое количество запасных частей и моторов, обширное складское хозяйство, ангарное имущество, авиационные мастерские. Первые поезда были отправлены в феврале 1918.

— Допуск к полётам, пусть и учебным, в таком серьёзном учебном заведении, как Гатчинская лётная школа, получали далеко не все мужчины, а тут хрупкая девушка. Но, признаюсь, учитывая мою биографию, лично на меня ещё большее впечатление произвёл тот факт, что Мария Станиславовна была механиком и ремонтником танков… Что представляли из себя танки времён Первой мировой войны?

— 6 августа 1919 года Северо-Западная армия Юденича (СЗА) получила от своих британских союзников четыре танка Mk V («Марк-пять»), а также приданный им британский танковый отряд в составе 48 человек, который высадился в Ревеле (ныне Таллинне). Через месяц прибыло ещё два аналогичных танка.

Танкам были присвоены личные имена: «Первая помощь», «Капитан Кроми», «Бурый медведь», «Белый солдат», «Доброволец» и «Освобождение». Название «Первая помощь» предложил сам Н. Н. Юденич, встречавший танки в ревельском порту. Каждый из шести танков был вооружен 37-миллиметровой пушкой и двумя пулемётами (7,62 мм), один из которых направлен назад. Все танки были уже не новыми и прошли через битвы Западного фронта мировой войны. Как горько шутили белогвардейцы, их танки были первейшего типа — времён войны Филиппа Македонского.

Танк «Белый Солдат» СЗА. Фото предоставлено Владимиром Дервенёвым

 

Из полученных танков был сформирован «Отдельный танковый дивизион Северо-Западной армии», в который было зачислено много офицеров флота (как людей, разбирающихся в технике), из-за чего дивизион иногда называли Морским. На октябрь 1919 года в танковом дивизионе Северо-Западной армии состояло уже 56 офицеров, прошедших подготовку у британских инструкторов. Помимо дивизиона, был создан «Танковый ударный батальон» — специальное пехотное подразделение для сопровождения танков в бою. Батальон состоял из двух рот по 200 человек в каждой.

С тремя из этих шести танков (три танка вышли из строя в бою в районе Гдова) армия Юденича и начала наступление на Петроград.

Танк СЗА в зимних условиях. Фото предоставлено Владимиром Дервенёвым

 

Тем не менее английские танки в дальнейшем участвовали даже в обороне Таллинна в 1941 году: четыре Mk V были приведены в исправное состояние и использовались при обороне города как малоподвижные огневые точки. Среди них была и «Первая помощь». После падения Таллинна все четыре танка были вывезены в Берлин, где были установлены в парке Люстгартен и где приняли свой последний бой весной 1945 года.

Итак, Мария Станиславовна выходит замуж за своего непосредственного начальника — главнокомандующего Северо-Западной армией генерала П. В. Глазенапа. Кто он?

— Пётр Владимирович фон Глазенап был шестым из командующих СЗА, имел евангелическо-лютеранское вероисповедание, происходил из дворян Лифляндской губернии. Сын офицера, военную карьеру сделал с низших чинов. Участник Великой войны. Имел множество наград за храбрость в боях. Командующий Северо-Западной армией до её роспуска (после поражения под Петроградом Юденич подал в отставку и передал последним приказом командование Глазенапу). При П. В. Глазенапе случились последние бои, эпидемия тифа, интернирование армии в январе 1920 года.

В апреле 1920 прибыл в Лондон, затем — в Париж. Потом были Польша и Германия. Скончался в 1951 году в Мюнхене, где и похоронен. Мария Станиславовна пережила супруга на 18 лет. Также похоронена в Мюнхене.

Надгробие на могиле Петра, Марии и Татьяны_Глазенап. Фото: russianestonia.eu

 

Такая вот история о женщине, сражавшейся за свою страну и за свои идеалы. Повторюсь: об участии женщин в боевых действиях Белой гвардии сохранилось крайне мало свидетельств. Между тем несколько источников приводят весьма схожие цифры. Согласно им, в Добровольческой армии было 165 женщин-первопоходниц: 15 из них были прапорщиками, 17 — рядовыми доброволицами, остальные трудились на медицинском поприще. Мария Станиславовна была одной из этих 165 героинь. И, как видим, скудность информации не мешает сделать выводы о том, как щедро была она одарена от природы. К сожалению, её талантам не суждено было развиться в России и принести пользу Родине. На примере этой одной судьбы видно, как много потеряла страна в лице своих подданных, навсегда её покинувших.

* Лавали были одними из известнейших людей своего времени. Имея огромные богатства, они занимались благотворительностью в самых разных направлениях светской жизни. Этой семье принадлежала уникальная коллекция полотен Рубенса, Рембрандта, Рейсдаля, Лоррена, Альбани, Бартоломео, Гверчино, Дольчи и многих других. В их особняке на Английской набережной (дом № 4, где ныне располагается Конституционный Суд) размещалось до 300 древнегреческих и италийских ваз, глиняных и стеклянных изделий и около 300 античных бронзовых вещей; 30 предметов искусств из Египта относились ко II тысячелетию до н. э., а мраморный пол в доме на набережной был вывезен из дворца римского императора Тиберия с о. Капри. Лавали собрали богатую библиотеку в 5 тысяч томов и по истории, философии, экономике, искусству, географии. Немалое число произведений искусств из коллекций Лавалей было приобретено в своё время Эрмитажем. Для обсуждения новинок западной литературы в салоне Лавалей собиралось до 600 человек — весь свет Санкт-Петербурга. В доме Лавалей читал свои неопубликованные произведения Александр Сергеевич Пушкин. Одна из Лавалей (сестра представительницы рода Борх) была замужем за декабристом С. П. Трубецким и стала первой из жён-декабристов, последовавших за мужем в ссылку в Сибирь, о чём и поведал поэт Н. А. Некрасов в своей поэме «Русские женщины».

** Э. Кариус. «Генерал-лейтенант П. В. Глазенап» («Вестник первопоходника»). 

Читайте по теме:

Герои всемирной истории ожили в обычном детском пластилине

Память без слов, или Как рождаются образы войны

Хроники Октябрьской революции: женские батальоны смерти

Комментарии закрыты, но трэкбэки и Pingbacks открыты.

You're currently offline