Иванов: Создание Языкового департамента в Эстонии повторяет методы Хрущёва

Почему преображение Языковой инспекции в департамент напоминает неудачный советский опыт и чем он опасен, пишет в своей заметке автор Tribuna.ee Вячеслав ИВАНОВ.

1 415

Какие-то на бюрократическом фронте суета и галдёж. Но слово «бюрократ» в данном контексте употребляю без всякого негативного оттенка, в самом прямом его значении: власть чиновников. Точнее даже — канцелярии. Просто термин, ничего личного.

В советские времена, а если конкретнее — в пору правления Никиты Сергеевича Хрущёва, родился словесный уродец «укрупнение», который означал совсем не то, что обычно принято понимать под этим словом в русском языке: большая степень приближения, рассмотрение мелких частей в укрупнённом масштабе. Нет, укрупнение по-хрущёвски значило всего лишь объединение нескольких однородных структур, как правило, административно-бюрократических или же экономических, в нечто общее — крупное! — целое.

Холодное с квадратным

Например, большой популярностью (не в народе, понятно, а среди всё тех же бюрократов) пользовалось укрупнение колхозов. Сливали в общий котёл несколько более-менее близких, хотя бы территориально, хозяйств и велели им ни в чём себе не отказывать…

Или вдруг, ни к селу ни к городу, объединяли несколько ведомств, потому что кому-то сверху показалось, что, став неким неразделимым целым, новое ведомство сможет исполнять функции, присущие прежде каждому из его составляющих по отдельности, гораздо качественнее или хотя бы быстрее. Но вид сверху, как правило, искажает картину: и людишки не больше муравьёв, и домишки — со спичечный коробок…

Естественно, ни к чему хорошему такая реформа не привела, поскольку при объединении разных колхозов в одну миску попадали и котлеты (крепкие, успешно работавшие хозяйства), и мухи (отстающие, нерадивые). И, как правило, не котлеты позитивно влияли на мух, делая их если не аппетитными, то хотя бы съедобными, а как раз наоборот. При этом иногда под горячую руку укрупнение производилось по принципу «холодное с квадратным», когда в одной куче оказывались колхозы и совхозы, а это принципиально разные формы собственности и, соответственно, принципы хозяйствования. Возникал административный ступор…

Или, скажем, создавался монстр в виде симбиоза научно-исследовательского института, ведущего разработки новых медикаментов, и завода по изготовлению оных, а к ним ещё присовокупляли районную больницу с поликлиникой в придачу. Вроде бы всё логично: учёные исследуют, промышленники внедряют, медики тут же лечат…

Но учёным для создания нового лекарства могут понадобиться годы, а у заводчан — план, соцобязательства, премии летят на фиг! А у докторов и вовсе свои заботы. Да к тому же до укрупнения подчинялись все эти «составляющие» разным министерствам и ведомствам, так что приходилось и тех соответственно укрупнять, а также некоторые районы, края и области…

Естественным образом, вся эта катавасия долго тянуться не могла, и Хрущёва, обвинив предварительно в волюнтаризме, кое-как сплавили на пенсию, а с его детищами ещё долго разбирались, чесали головы и, в конце концов, следуя несокрушимой логике партийно-номенклатурного мышления, пришли к осознанию необходимости всё это хозяйство… измельчить, что ли? Да вот — разукрупнить!

Такой изящный был придуман неологизм. На том и порешили, продолжив в общегосударственном социально-экономическом масштабе бессмертное дело знатных советских селекционеров-экспериментаторов  Мичурина-Лысенко.

Надстраиваем новые этажи

Не исключено, что кому-то такой экскурс в историю покажется неактуальным и потому лишним. Ах, как бы я хотел согласиться с таким суждением! Но, увы, опять и опять приходится убеждаться, что новое — это хорошо (и даже, вроде бы, прочно) забытое старое. И нет ничего нового под луной…

Вот, к примеру, на днях наш парламент принял закон, согласно которому на базе Языковой инспекции будет создан Языковой департамент. Исходя из принципов, декларируемых авторами идеи, основной функцией новой бюрократической единицы станет ответственность за реализацию языковой политики.

То есть «однофамильная» инспекция, действовавшая на этом поле не один десяток лет, потратившая на эти цели не один десяток миллионов крон, а затем и евро, и обеспечивавшая работой несколько десятков, если не сотен человек, доказала-таки свою несостоятельность. Отныне выпавшее из её ослабевших рук знамя будет нести в светлое будущее Языковой департамент, который и продолжит выполнять задачи Языковой инспекции, главной из которых было контролировать соблюдение Закона о языке, то есть проверять уровень знания государственного языка и его использования.

Новая контора при этом станет ещё и содействовать развитию таинственных «языковых технологий», а также улучшать систему обучения государственному языку взрослого населения (естественно, не эстонского). Однако же организация бесплатных языковых курсов и расширение их сети по-прежнему останутся в ведении Фонда интеграции, новый департамент этим заниматься не станет. Не царское это дело…

Тут, правда, не вполне понятно, имеем ли мы дело с укрупнением в чистом виде. Потому что департамент не сливается с инспекцией, а создаётся на её базе. Хотя, естественно, с изрядным расширением штатов и повышением должностных окладов, так что всё-таки больше пахнет укрупнением…

Новыми скрижалями создается не только Языковой департамент, но и довесок к нему в виде Департамента молодёжи и образования. Ему тоже предстоит сказать своё веское «фэ» в деле формирования качественных программ, обучающих эстонскому языку. Ну, и плюс ещё кое-что по мелочам, чтобы молодёжь меньше скучала и не предавалась бесцельному времяпрепровождению…

На реорганизацию работы всех подпадающих под реформу ведомств планируется потратить почти четверть миллиона евро, и всё это — в целях уменьшения расходов. Каким будет бюджет нового ведомства, пока неизвестно.

…Мой давнишний добрый знакомец, доктор экономических наук Владимир Вайнгорт, в своё время двенадцать лет проработавший заместителем министра строительства Эстонской ССР, недавно поделился со мной воспоминаниями об одном из последних совещаний в Совмине СССР, которое проводил тогдашний глава союзного правительства Алексей Косыгин и на котором ему, Вайнгорту, довелось побывать. Тогда Алексей Николаевич, комментируя итоги очередной административной реформы, с горечью заметил: «Как только мы проводим новое сокращение штатов и расходов, наши министерства надстраивают новый этаж»…

Было это лет сорок назад, а как будто и не промелькнули годы!

 

Мнения из рубрики «Народный трибун» могут не совпадать с позицией редакции. Tribuna.ee не несёт ответственности за достоверность изложенных в статье фактов. Если вы имеете альтернативную точку зрения, то мы будем рады её также опубликовать.

Комментарии закрыты, но трэкбэки и Pingbacks открыты.

You're currently offline